Земля осени

Я осень – тихую подругу —

спокойность синяя цветов.

Здесь пил вино, здесь целовались,

вдоль по, вдоль за – канала за

такая жизнь, такая малость,

экскурсионные глаза.

Сейчас присяду на скамейке

и – осень, Болдино – на старт.

Но нет! Прохожий в телогрейке

стоит «подвинься» тут как тут.

Ни декабрьским ледоходом

ни волненьем tete-a-tete

в передряге дальних лет

Блоком ни иль теплоходом

греет не, томит нисколько

навевает никуда

а – отчетливые строки

петербургская судьба

не чахоточный, возможно

а закрученный, затем

не сумняшеся ничтоже

между всех и – между тем

Дачи – их много – в сосновом

за Щучьим – трасса, перегоняют

коньковым

шагом мечтающего, цепляет взгляд —

компания поддатая – к Ахматовой

лыжи громкие – по шершавому —

к даче

мимо колодца – и не иначе

картошка с селедкой, водка

(Ахметьев добавит: молодка)

возле залива, да-с, культурно,

недалеко от Санкт-Петербурга

непонятно что там дальше

и как там дальше:

семью стихами не прокормить.

Возникали чувства всякие,

выходили люди важные

и читали по бумажке,

и играла всюду музыка,

развеселая такая.

Друг за другом наблюдали —

как одеты и обуты.

Улетали в небо шарики,

громко хлопали ладоши

и, казалось, все хорошие.

Молоток неугомонно,

свежесть краски – обновленье,

новых парт столпотворенье,

теплый дождик – на сентябрь.

Я – всем новый – оживленно,

класс – от шуток, и косички —

засмотрелся.

Колька выполз как дикарь.

Чинят стенд – пошел на помощь.

Колька сбоку снова тянет,

а Наташка и не взглянет,

что-то пишет в дневнике.

ВЕЧЕР В ДЕРЕВНЕ

Звезда послушною кобылкой

глядела сумрачной опилкой,

труба раскинула дымы.

Вторая смена шла забором,

помято избы косогором,

и перетявкивались псы.

Шоссе носилось, притухая,

Кузьмич пыхтел возле сарая,

и на крыльце скучали мы.

Солнечко мое солнечко солное,

грибков бы тебе еще баночку,

посиди, погляжу, Машенька,

схожу в погреб принесу квашеной.

Пойдем завтра пораньше к вырубке,

там малины, чай, бабы ведрами,

и лукошко возьмем, белых-то.

Вот какая ты стала, поди узнай!

А тут ходит Кузьма, спрашивает,

я ему, стало быть, в городе.

Хорошо не забыла нас, ладно что,

попей простоквашки ещё.