Поднимись на крыльцо

«Здравствуй!» – «Ну, здравствуй!» – Пощады не жди,

Меж берегами черту проведи,

Выйди навстречу грядущему, —

Нет никого, кто бы понял, пойми,

Как нелегко мне теперь меж людьми

Скрытничать, отклика ждущему.

Некуда спрятаться – весь на виду —

Так вот, небось, и в легенду войду,

В перечень, вами же созданный,

Тех, кто для речи был к жертвам готов, —

Ах, на земле ещё вдосталь цветов

С памятью, песням не розданной!

«Воспоминание томит меня опять…»

Воспоминание томит меня опять,

Иглою в поры проникает,

Хребта касается, – и сколько можно спать? —

Душа к покою привыкает,

К жемчужной свежести, рассветной, дождевой,

А всё же вроде бы – что делать! – не на месте,

Не там, где следует, – и ветер гулевой

Ко мне врывается – и спутывает вести,

С разгону вяжет влажные узлы

Событий давешних, запутывает нити,

Сквозит по комнате – и в тёмные углы

С избытком придури и прыти

Разрозненные клочья прежних дней

От глаз подальше судорожно прячет, —

И как понять, кому они нужней,

И что же всё же это значит? —

И вот, юродствуя, уходит от меня, —

И утро смотрится порукой круговою,

Тая видения и в отсветах огня

Венец признания подняв над головою, —

И что-то вроде бы струится за окном —

Не то растраченные попусту мгновенья,

Не то мерцание в тумане слюдяном

Полузабытого забвенья,

Не то вода проточная с горы,

Ещё лепечущая что-то о вершине,

Уже несущая ненужные дары, —

И нет минувшего в помине,

И нет возможности вернуться мне туда,

Где жил я в сумраке бездомном,

Покуда разные сменялись города

В чередовании огромном,

Безумном, обморочном, призрачном, хмельном,

Неудержимом и желанном,

Чтоб ныне думать мне в пристанище земном

О чём-то горестном и странном.

«Ну что за взгляд! – скажи мне, что с тобой…»

Ну что за взгляд! – скажи мне, что с тобой

И что за трепет вдруг ты ощутила

В тот час, как бы ниспосланный судьбой,

Когда заря полнеба охватила?

И всё вокруг, любовью воспылав

К тому, что есть на свете этом грустном,

Всей гущею, от листьев и до трав,

В порыве просияло безыскусном.

И дерево, что было вдалеке

От корня до вершины обозримо,

С цветком браталось, поднятым в руке,

Одним лишь нам так искренне даримо.

Верни мне эту вещую печаль,

Музыкою звенящую давнишней,

Чтоб этот сад оставить было жаль,

Где я стоял меж яблоней и вишней.