Я больше не люблю ромашки…

Очень не хотелось его отпускать, хотелось, чтобы этот вечер продолжался как можно дольше, хотелось, чтобы не было ничего, кроме нас. Я обняла его сильно:

– Любимая, ты меня так задушишь, – засмеялся он.

– Не задушу, по крайней мере не сейчас.

– О, мне стоит тебя бояться?

– Может быть, – сказала я и поцеловала его. – Мне пора.

– Постой! Не уходи!

– Уже поздно! Я должна идти!

В этот момент он достал маленькую бархатную коробочку и достал оттуда цепочку с кулоном в виде солнца!

– Это тебе! Я хочу сказать, что ты играешь важную роль в моей жизни, как солнце в жизни планеты! Солнце освещает нам дни, дарит тепло, а ты освещаешь мою жизнь! Каждое твоё слово, словно лучики солнца, согревают мою душу! Твои утренние сообщения и звонки заменили мне восход солнца! Ты моя жизнь! Спасибо, что ты есть в моей жизни! Я люблю тебя, Сара! – последние слова он прошептал еле слышно, что казалось, будто он плачет! – Позволишь? – прочистив горло, он спросил.

Еле сдержав слезы, я повернулась к нему спиной, чтобы он одел мне цепочку.

Он бережно убрал мои волосы и, слегка касаясь моей шеи, аккуратно застегнул цепочку. Я слышала его дыхание у себя на шее, и в этот момент уже не могла сдерживать свои слёзы.

– Она прекрасна! Спасибо! – всхлипывая, поблагодарила я.

Он уехал, а я стояла и провожала его взглядом, теребя в руках его цепочку. "Ты мое солнце! Ты моя жизнь!" – так и вертелись у меня в голове, я была самой счастливой девушкой в мире! Я была любима мужчиной, которого люблю.

Я стояла у дома пока его машина не исчезла с моей улицы.

Казалось, что из тысячи машин, я слышу звук только одной.

Глава третья

Солнце светило прямо в глаза, спать дальше было невозможно. Неужели на улице такая жара, что спать в доме невыносимо? Будто меня бросили одну в пустыне, и я лежу прямо над палящим солнцем с температурой в шестьдесят градусов. Я лежала и думала, как это быть в пустыне, без еды, без воды, под сильно палящим солнцем и глянуло в окно, где вдали виднелись орешина, зеленая травка и кустики ночной красавицы, и радовалась, что я не в пустыне, но все так же не понимала, почему мне так жарко, пока не увидела на себе кучу одеял.

Я скинула одеяла на пол, и дышать стало значительно легче, потом протянула руку на стол и взяла телефон. Время было половина двенадцатого. На экране было четыре непринятых вызова от мамы, три – от Таира и пять сообщений тоже от него. Я сразу набрала маме.

– Алло, мам, привет. Не слышала, как ты звонила.