Август кончен

Раз в неделю, а чаще реже,

По недавно уложенной плитке

Мимо черных камней и бежевых

Прохожу к железной калитке.

Поднимаюсь на шесть ступеней

Или пять, не могу запомнить.

Кровь заходит в сердце по вене —

Надо чем-то его заполнить.

Здесь налево и метров тридцать,

Или больше, цветы из пакета

Достаю. Никак накуриться

Не выходит с одной сигареты.

Дым летит почти вертикально,

А куда ему на хуй деться.

Кровь в артерию вытекает,

Оставляя пустое сердце.

«Ты, как нечто простое…»

Ты, как нечто простое,

Как число или что-то,

Чем пространство пустое

Заполняет пустоты.

Вдоль дороги растенья —

Частый лес да подлесок,

Если это не стены,

То хотя бы завеса.

Там невидимо глазу

За условной лещиной

Неспеша, раз за разом,

Как с женою мужчина,

Небо сходится с почвой

Серединой и краем,

Каждой кочкой и точкой

Пустоту замыкая.

На смену очков

Все уложено в уравнение,

У всего есть какой-то резон:

Как садится с годами зрение,

С той же скоростью горизонт

Придвигается.

Мелочь летная, стрекоза,

Как сквозь оптику многократную —

Раз, и выросли на глазах.

Не желают держать дистанцию,

Подступают, идут гурьбой

И теснятся – так в клубе с танцами

Пары жмутся одна к другой.

Рождество

В эту ночь особенно нежно

Щелкает зажигалка —

Не соловей, конечно,

Но всё-таки и не галка.

Вроде, кусок пластмассы:

Ни крыльев тебе, ни ножек,

Нет ни перьев, ни мяса,

А вроде как искра божья.

Даже как будто светоч

Желтый, как в том окошке,

Где мама качает деточку,

Чтобы не плакала крошка.

Качает и видит, как станет

Ребенок большой и сильный,

А она уже будет старенькой

И, наверно, не очень красивой.

Но он сделает все, что надо:

Купит хлеб, оплатит больницу,

И поэтому эта мама

Старости не боится.

Только будет все по-другому:

Это ей позвонят из Градской,

Скажут, он не дойдет до дома,

Никогда не сможет добраться.

И она побежит, словно в гору.

Полетит неуклюже, как галка,

Чтобы сесть у беспомощной скорой,

Не мигая смотреть на мигалку.

Но пока даже время мешкает —

Будто ночь эту было бы жалко

Оборвать, – в темноте кромешной

Щелкает зажигалка.

«Кубики злые, другие жестокие средства…»

Кубики злые, другие жестокие средства,

Песни веселые, самые грустные песни.

Что я ни пробовал, лишь бы продлить себе детство.