Это снова они. Веселая стройка – 2

Ума не приложу, какой из них телефонный…

– А ты перекрестись и руби по-одному! – посоветовал Валентин, тяжело опираясь на трактор.

– Чем мне их рубить-то? – негодовал электрик. – Если бы наш геодезист хоть в сознании был… Напоили его вусмерть! На чертеже должно быть отмечено, а я никак не разберу.

Вместе изучили чертёж, усеянный непонятными иероглифами, и совсем ничего не поняли. Тогда Дэн с Лёшей отправились в аптеку, чтобы позвонить главному электрику. Женщина в халате нехотя разрешила воспользоваться телефоном.

Главный электрик Стариков так орал в трубку, что Дэн хорошо слышал весь разговор.

– Лёша! Не зли меня! Неужели ты не можешь отличить силовой кабель от телефонного?

– Андрей Михалыч! У меня прибора такого нет… органа…

– Главный орган электрика – это его голова! – бесился Стариков на проводе. – И у тебя этого органа-прибора точно не имеется. Не хочу больше ничего слышать! Немедленно реши проблему самостоятельно и больше мне никогда не звони!

Ёжь с озадаченным видом снова скрылся в яме.

Кусты не красили директора. Борис Моисеевич ещё более походил на обезьяну или на некоего первобытного предка человека. Он грустно выслушал рассказ Дэна и принялся изучать пижаму.

– Это чьи вещи?

– Купил на рынке, – мстительно заявил Дэн. Он вспомнил «жулика-проходимца» и решил отыграться по полной. – Заплатил пятьсот крон! Еле денег хватило…

Потрясённый директор напялил на себя полосатую пижаму и сразу стал похож на беглого каторжника.

– Пятьсот крон? – горестно вздыхал он.

– А что же я могу поделать, если ваша жена двери не открывает? Всё-таки какие-никакие штаны с рубашкой… и почти ваш размер…

Борис Моисеевич покачал головой и двинулся через лес к дороге, осторожно ступая босыми пятками по хвое. Его появление у аптеки вызвало фурор, а не удивлялся только один Персиков, спокойно лежащий на клумбе. Славик скрылся за трактором и приглушённо кудахтал, Валентин протирал глаза и поспешно спрятал бутылку, а электрик Лёша уронил топор, одолженный в соседнем доме.

– Я хотел бы, чтобы сегодняшние события… печальные и дурацкие… остались сугубо в нашем кругу, дорогие друзья! В конце концов… я в небольшом отпуске и… отдыхаю таким способом, – Борис Моисеевич повернулся к Дэну и негромко добавил: – Вечером заедешь ко мне и получишь деньги. Очень тебе благодарен, дорогой! Очень хорошо!

Полосатая фигура недолго стояла на остановке.