Цвет греха. Чёрный

Сам мужчина настолько широкий и мощный, что почти полностью закрывает собой распахнутый проём.

– Извините, я уже ухожу, – выдавливаю из себя подобие вежливости, качнувшись вперёд.

Не знаю, кто он такой, но уж точно не из канцелярии. А значит, и сказки ему рассказывать мне совсем не обязательно. Правда, недвусмысленный намёк на то, что пора бы проявить сознательность и уйти с моего пути, почему-то не срабатывает.

Приходится уточнить:

– Вы меня пропустите?

А он…

Молчит.

Смотрит на меня.

И ни слова не произносит.

По-прежнему слишком пристально разглядывает. Словно увидел нечто нереально странное. Во мне.

Вот тут я вспоминаю, как выгляжу.

Да, привожу себя в относительный порядок. Но это даже отдалённо не тянет на нынешние стандарты и минимальные параметры предпочтений школы «Бахчешехир».

Становится неудобно…

Он ведь поэтому так смотрит?

Глаз никак не отводит…

А это становится уже неприлично!

– Не могли бы вы?.. – бросаю в раздражении.

И затыкаюсь. Задумываюсь о том, что этот неизвестный вообще в кабинете директора может забыть. Во время отсутствия самого директора. С ключом, которым он кабинет открыл, я же самолично расслышала, как он поворачивался в скважине.

Вот же…

Мрак!

Я знаю всех основателей школы «Бахчешехир» в лицо, они все до единого присутствовали, когда я и другие стипендиаты успешно прошли вступительные испытания, а по его итогам устроили грандиозное представление, вручая нам соответствующие сертификаты на обучение в присутствии прессы и других значимых в этом городе персон.

И тогда, получается…

Мысль обрывается так же быстро, как и возникает.

– Ты на неё совсем не похожа, – произносит незнакомец.

И чтоб меня!

Я этот голос знаю. Уже слышала.

Однажды. Недавно.

По телефону.

Когда директор позвал сюда мужа моей матери…

– Адем, – вырывается продолжением из моего разума, но уже наяву. – Эмирхан.

Вынужденно отступаю в глубь кабинета. Напоминание об окне, которое можно открыть, чтобы сбежать отсюда, вновь ненавязчиво вспыхивает в моей голове. И мне приходится приложить некоторые усилия, чтобы сдержать этот порыв. Находиться наедине с мужчиной, тем более незнакомым, очень нервирующее обстоятельство в принципе.