Радиоточка

Это было тем более странно, что по национальности Светка была еврейкой.

Самым сложным оказалось продать квартиру. И хотя квартира у них была большая и в центре города, вырученных денег хватило лишь на то, чтобы доехать до России.

Савицкой чудом удалось устроиться на работу в телерадиокомпанию. Если в ее эфирах и мелькала провинциальность, то чем дальше – тем реже. А насчет картавости ничего не поделаешь – наследие предков.

– Я то не пропаду, – снова проблеял Николай Анатольевич, – а вот что будет с вами?

Казалось, что пот с его носа через секунду потечет ручьем по губам и подбородку.

Но он каким то образом все же удерживался на носу.

– Надо что-то делать! – встрепенулся Хрынов.

На его реплику не обратили внимания. Не то чтобы она была неуместна, просто большого веса слово Хрынова в коллективе не имело.

Что касается косноязычия Юры Хрынова, то оно в принципе было исправимо. Побольше занятий с логопедом, и все будет в порядке.

Хрынов до этого работал контролером, ловил «зайцев» на трамвайных остановках.

Вскоре все это ему надоело, и он решил заняться карьерой. Устроился не куда-нибудь, а в пресс-секретари мэра города. К несчастью, на этой работе не было места творчеству. Тогда в один из дней он и перешел работать на областное радио.

Надо отдать Хрынову должное, свои корни он помнил. Поэтому периодически делал эксклюзивные материалы о нелегком труде трамвайных контролеров, о том в каких тяжелых условиях им приходится работать, и как самоотверженно они отдаются любимому делу.

Выглядел Хрынов довольно респектабельно: галстук, костюм на стройном теле, выражение лица а-ля «всегда готов». Еще бы немного жуликоватости во взгляде и получился бы вылитый Борис Немцов. Но как раз жуликоватости ему и не хватало, а то бы далеко пошел.

Тут все загалдели, перекрикивая друг друга. Молчал Голдман. Он смотрел на всех присутствующих, поглаживая пузо. Больно уж вся ситуация напоминала провокацию.

Лева Голдман пришел на радио из развлекательной газеты. Поначалу он для своих программ пытался придумать что-нибудь интересное, но когда понял, что кроме него это никому не нужно, стал относиться к работе с прохладцей.

В определенном смысле его можно было назвать лентяем.

Когда эмоции присутствующих выплеснулись, заговорила Наталья Романенко:

– Надо идти к председателю телерадиокомпании и выразить свой протест. Еще не хватало нам, чтобы вместо Николая Анатольевича поставили этого голубого.

– Николаев – голубой? – удивилась Вера Михайловна.