Ж. как попытка

Суфий – ускользающий колобок – вырывается из цепких когтистых рук и идет, танцуя, по огненному пути.

На свете одно занятие реально реально – охота. Актей, Аталанта, Гончие псы, апостолы Петр и Павел, король Стах, поручик Вронский, Эрнест Хемингуэй, Наль и Дамаянти, лебедь, рак и щука только и делают, что выслеживают, подкрадываются, преследуют и убегают. Охотятся на небе и на земле: Фобос за Аресом, Дон Гуа н за женщинами, Гамлет за призраком, нумизмат – за монетами несуществующих царств.

В действе участвуют трое: охотник, собака и жертва.

Лучше всего быть собакой.

«Они упали бы в обморок от медлительных повозок Азии, от мерного шага наших верблюдов (Рика к Иббену в Смирну).

Je te parle librement, parce que tu aimes ma naivetе, et que tu prеf?res mon air libre et ma sensibilitе pour les plaisirs, ? la pudeur feinte de mes compagnes (Zеlis ? Usbek, ? Paris).

У нас любовь не влечет за собою ни смятения, ни ярости; это томная страсть, не нарушающая спокойствия души; многочисленность жен спасает нас от их господства и умеряет пыл наших желаний (Узбек к Иббену в Смирну)» (Charles Louis Montesquieu).

Вот такая любовь для тебя, чувак.

Земля, твои губы, красная птица.

Ритм; яркий запах; пес когтит нежную землю.

…в солярном буйстве порознь млеют мухи, вещи, равнина, рука.

Воздух, обремененный ширью. Пустынный ландшафт.

Последнее пристанище. Солнце.

Великолепно.

Пасмурный вечер тянулся так,

как если бы мужчина мучил женщину,

не прикасаясь к ней; всё тонет

в сладостном безразличии.

медленнее, чем… Даже

    («Натюрморт»)

в бессознательное – движение руки, намечающее рядом

нагой предмет:

лишь бы унять забытье, в котором

с красивых колен плавно сползает

мужская голова – потеплевшая от ласки, суровая стрижка, усы

эпохи Рисорджименто. Я открою окно. В толще синей воды

медленно тонут красные дужки

подстриженных ногтей; сердцебиение, пейзаж.

    («Мгновение, комната»)

Я почти слышу твой голос – одним

трепетом меньше – перед линией моря

в гостиничном окне, оттуда, из Торре-дель-Греко.

    («Записка»)

Это особая форма поэтического риска, откуда гораздо удобней дотянуться до смерти или по крайней мере прикоснуться к дистанции, заботливо и аккуратно отделяющей молодого человека от его столь желанной будущности. Милость возносится над судом.