Стихи. Книга 3

Милосердный Господь

По воде, что по суше,

Только я до сих пор

Сам себя – и за уши.

Только Космос вокруг

Ощетинился терном,

Стал Иудою друг

В суете коридорной.

Десять истин не в счет,

Лепота пустобрехам,

Чую, рядом сам черт

Заходился от смеха.

Ветер стонет окрест,

Или бес завывает,

Пригвозжу тело в крест,

В жизни хуже бывает.

В непоседе-судьбе,

Как поэта творенье,

После тысячи бед

Наступает прозренье.

Мудрый Воланд и Вий

В каждом шествуют мимо,

Но ты знай, «Не убий…»

Рядом с вечным «помилуй.

Дьяконову В. А.

Вот махина, ну вот громада!

Потрудилось не зря КБ,

Аппарат, мощней «Фердинанда»

И племянник бойца «КВ».

Он шагнул гусеницей в завтра

И работает не спеша,

Он с повадками бронтозавра,

Абрикосовый СБШ.

Аппетит такой неуемный,

Разговор короткий с тобой,

На гора выдает объемы,

Аж дымится любой забой.

Это явь, это нам не снится

СБШ и Полярный круг,

Триумфальная колесница —

Мой кормилец и верный друг!

Жить надо

Жить надо, все преодолев,

Паскудство бытия и суету боярства,

Высоцкого трагический запев,

В заморских этикетках яства.

Жить стоит только потому,

Что ты Россией окрещенный

И верен Слову одному,

На все столетия прощенный.

Жить будем, всем смертям назло,

Уйдем по горизонту в вечность,

Не то чтоб в жизни не везло,

Но волновала бесконечность.

У края пропастей и крыш,

На небесах и виадуках

Раскинешь руки и летишь,

Рукою Божьей тешишь душу.

Жить надо, и не умирать

От скуки, тяжести, запоя,

А россиян святая рать

Еще заткнет беду за пояс.

Памяти Рябенко Ю. (Огненный остров)

Что сказать вам о Вологде

В тихих строчках, меж строчек?

Повторюсь, она вон аж где,

Где «расстрелы в рассрочку».

Злая мачеха-вотчина

Отдает болью острой,

Далеко Вологодчина,

Рядом – Огненный остров.

В православной обители

Не молебен и благость,

В кельях – вечные жители,

Только жизнь им не в радость.

За стенами угрюмыми

Мразь, убийцы, изгои,

Перевенчаны с тюрьмами

С вечной каторгой – горем.

Милосердие страшное —

Клетка стен в «одиночке»,

Приговоры вчерашние

Стали смертью в «рассрочку».

Грозовыми раскатами

Вологодские бури

Возмущаются каторгой

Вместо смерти от пули.

И лишенные мщения

Пулевой бредят вспышкой,

Ну зачем им прощение?

Вечный кайф вместо «вышки».