Каратель. Книга вторая

Волосы были темными.

В первое мгновение лицо алтайца не выражало никаких эмоций, а в темных глазах не читалось ни единой мысли. Кирилл машинально отвел фонарь в сторону, не желая слепить мужчину. Он уже видел, что оружия при нем не было.

И тут алтаец словно прозрел! Глаза его распахнулись, в них появился ужас, рот открылся, словно он хотел что-то крикнуть Кириллу, и нечленораздельный вскрик все же сорвался с его губ, но в следующий момент человек взлетел в воздух, как будто его туда вздернули веревкой, и исчез во тьме.

Остолбеневший Кирилл проводил взглядом возносившегося в черноту человека, сделал шаг назад и сам чуть не провалился в точно такую же дыру, которая оказалась позади. Видимо, он просто перешагнул ее в темноте, не заметив. Еще одна вспышка озарила надгробие поодаль, в темноте показался еще один силуэт. Это была невысокая женщина, в темноте отчетливо виднелось светлое платье ниже колен и длинные волосы.

– Мать честная! – ахнули рядом, и на женщину упал яркий луч света – это через кладбищенский забор перешагнул Виктор Николаевич.

Кажется, женщина успела услышать этот возглас и даже обернулась на него. Она была очень-очень старой, ее бессмысленная улыбка напоминала оскал. В следующее мгновение она тоже взмыла в воздух, словно ее магнитом увлекло вверх, и исчезла!

Ошарашенный Кирилл споткнулся о могильный памятник. С него было достаточно. Он поспешно ретировался с кладбищенской земли, целясь из карабина то направо, то налево – туда, откуда доносились шорохи и стуки.

Какое-то время Кирилл слышал только свое тяжелое дыхание и испуганное пыхтение соседа. Да он и сам была изрядно напуган, чего уж там! Не каждый день видишь оживших мертвецов!

Совсем рядом с забором мелькнула еще одна вспышка, и новое тело воспарило к небесам. В свете фонаря мелькнули лакированные мужские туфли. Такие туфли никто не носил, наверное, уже лет пятьдесят!

Кирилл ожидал, что на них в любую минуту может кто-нибудь спикировать сверху, и все время посматривал вверх, в черное беззвездное небо, но все было тихо.

– Отступаем к дороге! – наконец скомандовал Кирилл.

Виктор Николаевич помчался сквозь кусты первым, Кирилл, стараясь не паниковать, прикрывал отход.

Они выбежали на дорогу. Фонарь, который Кирилл оставил на дороге, светил в отдалении. Отдышались, постояли, прислушиваясь.