Белые облака. Роман

Когда температура цилиндров двигателя достигла ста сорока градусов, Иван начал пробовать его на всех режимах полёта. Он, то давал газ, добиваясь полной мощности мотора, то резко сбрасывал обороты и остужал двигатель до прежней температуры. После охлаждения мотора Иван вновь резко увеличивал мощность мотора до полных оборотов воздушного винта, проверяя его приемистость.

Все системы самолёта и двигателя работали исправно и не вызывали беспокойства у Ивана.

Все операции по опробованию двигателя он выполнял автоматически давно заученными движениями рук.

Убедившись в полной исправности самолёта и двигателя, Иван перевёл работу двигателя в режим полёта средней скорости и зафиксировал в этом состоянии рычаг управления двигателем.

– Пусть помолотит так минут пятнадцать, – подумал Иван, вспоминая слова инженера эскадрильи. – Это будет для него небольшой обкаткой.

Винт самолёта вхолостую молотил воздух. Иван позволил себе откинуться на спинку пилотского кресла и заложить обе руки за голову. Наблюдая за показаниями приборов, он погрузился в мечты о предстоящем свидании с Анной этим вечером.

Иван представлял себе их новую встречу и подбирал набор слов, которые он будет говорить ей.

Он представлял себе, как она будет слушать его, когда он будет рассказывать ей о том, что хочет подарить ей целый мир счастья и любви.

– Нужно нарвать полевых цветов и подарить ей букет из них! – думал Иван. – Я скажу Ане, что мне хочется баловать её и заботиться о ней. Мы вместе будем вспоминать, как познакомились в Брянске и как гуляли по улицам этого города.

Аня должна чувствовать, что я хочу, чтобы она всегда была рядом. Для этого я возьму её за руку и, когда представиться возможность поиграю с её волосами за милым ушком. Я сделаю всё, чтобы она доверилась мне, поняв, как она мне нравится.

Окончив гонку двигателя, Иван выключил его.

В наступившее тишине слышалось стрекотание кузнечиков. Где-то высоко в небе раздавались трели жаворонков, которые поселились в поле около аэродрома.

Иван вылез из кабины самолёта и, спрыгнув на землю, направился к строениям эскадрильи, чтобы получить у старшины хозяйственной части два «кубаря», чтобы закрепить их на своих петлицах. Он до конца ещё не осознавал того, что теперь он не лейтенант, а старший лейтенант.

Получив новые два кубика, Иван по одному прикрепил их на петлицах своей гимнастёрки. Теперь у него в голубых петлицах рядом с золотыми крылышками красным блеском светились по три «кубаря».