Никто, Некто и Всё. Забавный черновик

 – Отличнее не придумать…

Они остолбенели, переглядываясь, когда, наконец, обнаружили искомо-заветную табличку «КАССА» над окошком с решёткой из арматурных прутьев, откуда доносились еле слышимые звуки присутствия там ещё кого-то, кроме них троих: значит, на Земле-матушке ещё кто-то выжил?

– Трупы потихоньку начинают сходить с ума. – Сказал НЕКТО. – Это точно.

– Придурок! – Сказал ВСЁ. – Как трупы могут сходить с ума? Они же – трупы…

Они уже не верили ни глазам своим, ни ушам своим. Если даже принять версию о выживших – то кто, какой-такой ненормальный может быть здесь, в кассе, в этот воскресный день и вечерний час, чтобы ожидать их, троих наглых юнцов, для вручения им (если ещё и не трупам, то, явно, существам, уже находящимся на зыбкой грани разложения!) вымученных несчастных денег? Никто! Это без сомнений.

Нет – и не может быть! – здесь никакой «КАССЫ».

Нет – и не может быть! – здесь никаких посторонних звуков.

– Ау! Люди! – Сказал НИКТО.

– Если они – люди. – Сказал ВСЁ. Флегматично

Окошко «КАССЫ» через паузу, равную вечности, отворилось и обнаружило недовольную – до безобразия! – женскую физиономию без явных национальных и возрастных признаков.

– Киборг. – Еле слышно сказал ВСЁ.

– Сам ты – киборг. – Сказал НЕКТО.

– Киборгша. – Сказал НИКТО.

– Что-о-о? – Прорычала Киборгша.

– Где наши деньги? – Сказал НИКТО с металлом робота в голосе: с подобными надо было говорить голосом подобных.

– Где – где. – Огрызнулась Киборгша. – В Караганде!..

Через паузу, опять равную вечности, она брезгливо швырнула в руки НИКТО платёжную ведомость:

– Закорючку поставь против галочки, умник. Сумму – прописью.

– Двадцать? – Сказал НЕКТО, не поверив глазам своим. Произнеся число «двадцать», он застыл с открытым ртом. Это состояние медики определили бы, как шок. Как запредельное психическое потрясение.

– Нет, не двадцать. – Сказал ВСЁ.

Шутки шутками, однако, и он, так же, как и НЕКТО, тупо уставился в ведомость: что это? описка? кошмарный сон, который им привиделся наяву?

НИКТО взял, дрожащими, никак не желающими слушаться, пальцами, шариковую ручку и, пляшущим почерком, накарябал в платёжке: двадцать руб.

– Подпись, умник! – Рявкнула Киборгша.

НИКТО поставил подпись и сунул ведомость под решетку. Капельки пота образовались у него на лбу.