Скорлупа. Мои вступления и выступления

Давать оценку врачам, имея строительное образование, не берусь, но медсестры были на высоте, Особенно по части уколоть.

Лучше всего это получалось у сестрички Тани. Ей было слегка за тридцать, красавицей не назвать, зато остальное было на все сто!

Татьяна, нагло издевалась над нашей братией, – носила самый короткий халатик и, как бы случайно забывала застегнуть на нем верхнюю пуговку.

Как мы потом узнали, все это было предназначено для нерешительного сорокалетнего врача нашего отделения Николая Павловича, благодаря которому эти эффекты перепадали и нам.

– Психотерапия, – со знанием дела пояснил Корнеич, – дополнительный адреналин в кровь… и косвенные показатели выздоровления поднимаются на глазах.

Отец у Тани был подводник и команда к пуску торпед:

«Товсь!»

перекочевала в ее лексикон. Мы с удовольствием подчинялись, скромно оголяя места для торпедирования.

Свои личные ощущения, испытываемые во время таких процедур, я выразил все в своей тетради в поэтическом виде:

У медсестрички

легкая рука.

И ноги, кстати,

тоже неплохие,

Ах, как вернуть мне времена лихие,

и улететь бы с ней за облака…

Под капельницей

только и мечтать

И вот под взглядом

под ее сугубо штатным —

Уже лечу! лечу уже обратно

и падаю в больничную кровать!

– Чем писать вирши с такой пессимистической концовкой, ты бы лучше поприжал ее в каком закутке, – посоветовал мне Корнеич.

– Перпетуум-кобеле, как и перпетуум-мобиле, не существует, – с ехидцей встрял в наш разговор Борис Натанович. Мне вообще, ваши сальные разговоры противно слушать.

– Во сухарь заумный, – проворчал Корнеич, – можешь уши заткнуть, если не нравится.

Нам с Корнеичем было назначено по сорок инъекций в живот – тромбы растворять. Уколы четыре раза в день ровно через шесть часов. В 6 утра первый и в 12 ночи последний.

Животы наши пестрели мозаикой сине-желто-зеленых цветов.

ТОВСЬ!

Однако вскоре нам пришлось испытать на себе, как легкая женская рука может превратиться в очень тяжелую.

Накануне наши врачи отмечали день медицинского работника. Галантный Корнеич даже умудрился достать цветы. Медперсонал отмечал свой праздник ничуть не хуже слесарей нашего ЖЭКа в день коммунального работника.