Москва – Паланга. Мои истории любви

Тася схватила телефон и как-то включила.

– Да, слушаю, – ответила она, – мама? Чья? Какой Ирины? Нет, Ирину мы не знаем, это телефон Евгении. Женщина, что вы кричите на меня. Откуда я знаю. Телефон случайно оказался, долго объяснять. Вы где живете? Машиностроителей, два «А»? Так приходите к нам, мы все расскажем. Квартира? У кого, у нас? Семьдесят вторая.

Через несколько минут взволнованная Анна Тимофеевна прибежала в соседний дом.

– Как попал к вам телефон моей дочери? – с порога выкрикнула она.

И соседки, перебивая друг друга, кое-как рассказали ей о визите незнакомой девушки шестого марта.

– А телефон мы не можем вам отдать, он дорогой. Мы его сами ей отдадим, когда ее в палату переведут, – твердо сказала Таисья.

– Ладно, я поеду сейчас в БСМП, сама все узнаю на месте. Бедная моя девочка, такая умная, скромная, красивая. Кругом зависть, все ей завидуют, – сквозь слезы говорила мать Ирины, пока одевалась.

– Надо же, как много значит одна буква в номере дома, —многозначительно сказала Таисья.

10

Агриппина Ефимовна с Таисьей посетили Ирину через несколько дней в больнице скорой помощи и вернули телефон. Девушка их не узнала. Анна Тимофеевна дежурила около дочери.

– А, это те старые маразматички, что дали врачам Женькину визитку, – высказалась она.

– Вы извините ее, она еще не в себе, – кричала мама Ирины вслед пожилым женщинам.

А они лишились дара речи.

– Бог ей судья, – сказала Агриппина Ефимовна.

– А ты ей блинчиков напекла, компотик наварила, – ответила Тася.

К Ирине по очереди приходили трое мужчин с работы: два молодых и один солидный, в годах. А из женщин пришла только табельщица Наташа, они с ней вместе в курилку ходили. Остальных женщин Ирина презирала и называла «старыми климактеричками», хотя они были старше ее на десять-двенадцать лет.

Сергей зашел в кабинет начальника цеха и, не здороваясь, прошел к столу и врезал в морду Анатолию.

Тот опешил и опустился на стул.

– Ты что? – заорал он.

– За трусость тебе. Не мог Ирку в квартиру проводить? Смылся от двери. А если б бабки ее на площадку вытолкали? Она, конечно, стерва, но тоже человек, – очень взвешенно объяснил Сергей.

– Ты уволен! На место зама у меня очередь, – выкрикнул Анатолий.

– Заявление генеральному отдам, – спокойно ответил Сергей и вышел.

11

С тех пор прошло одиннадцать лет.