Это лето

Когда вылез из ванны, оделся и вышел на улицу.

– Дай закурить, – спросил один бомжеватого вида.

– Не курю, – сказал я и двинул дальше.

Магазины были невзрачны, серы и однотипны. Люди на друг друга, не обращали никакого внимания. Я выскочил из супермаркета, посмотрел как влюблённые пары двигаются то назад, то вперёд и вернулся домой. Нахлынуло вдохновение, и я продолжил писать роман.

11

Билеты лежали на столе. Скорый поезд, купейное место, нижний ряд. В 18:00 отправление, в 9:05 прибытие на юг.

В голове что-то вертелось, сердце стучало нарушая спокойное дыхание. Снова проверил всё ли на месте, и заглянул в телефон. Было пусто. Хотелось выпить для смелости, но переубедил себя последствием. Лёг на диван и открыл книгу. «Воровка книг». Ничего в голову не шло, всё было мимо.

Когда пришла маман, мне стало легче.

– Только не пей в поезде, я прошу тебя, – сказала она. Выкинут на станции пьяного, будешь сидеть.

Она была права, пить в поезде было опасно.

– Билеты сразу показывать, или потом спросят? – спросил я.

– Главное запрыгнуть в поезд, и в свой вагон.

– Понятно.

Мне хотелось что бы зазвонил телефон, и это была Катерина. Я бы с радостью никуда не поехал, только бы остаться с ней, только бы вернуть то что я потерял. В трудные минуты для мужчины, женщина лучшее успокоительное.

– Когда приедешь туда, позвони, – сказала маман, и я кивнул.

Часы показывали 12:15 и моему беспокойству не было предела.

– Это волнение, но хорошее волнение, – сказала маман.

 – Всё будет хорошо.

И я согласился. Принял ванну, нашёл нужные вещи, раскидал деньги на мелкие расходы в поезде, и включил телевизор. Шли новости. Французский президент разоблачён в половых связях со своей любовницей, фотомоделью из Испании. Народ не доволен, и вспоминает красную революцию.

Вот это страна, подумал я. Высшее лицо Государство изменил своей жене и своему народу. Повинен смерти на длинном деревянном колу. А у нас, хоть колом по голове чеши.

Пребывая в полупьяном состоянии, я обратился ко времени.

На часах было 15:05. Мне стало не по себе, от мысли что пора собираться в путь, вызывать такси и ехать на вокзал. На душе было грустно, и тоскливо. Из за стекла автомобиля я прощался на время со своим городом, под музыку Кикабидзе.

– Мои года, Мои богатства.

Маман в такси не поехала, я просил дать мне возможность уехать одному, а она просила в поезде не пить.

– Куда едем? – спросил таксист в солнечных очках.