Я упал, но смог подняться

Я постоял несколько секунд, ожидая продолжения разговора, потом сказал:

– Ну всё, мне пора, спасибо за деньги, счастливо оставаться.

Когда я уже собрался открывать дверь, неожиданно услышал за спиной:

– Послушай, может, чаю горячего выпьешь или кофе? Всё равно тебе спешить некуда. Что скажешь?

Я сначала растерялся, потом обрадовался не только продолжению общения, но и возможности посидеть и выпить кофейку.

– Как мне – незнакомому человеку, да ещё в таком виде, вы предлагаете чай или кофе? Нет, я не против, но…

– Пошли, пошли на кухню, – прервала она меня.

Ничего не понимаю, чего она задумала. С чего это вдруг она решила угостить меня чаем? Заплатила за работу, ну и скатертью дорожка. Ладно, посидим, почему бы не посидеть. Я проследовал за хозяйкой на кухню. Сел на свободный стул без приглашения. Женщина заняла место у плиты, стоя спиной ко мне.

Ох, подойти бы сейчас сзади, прикоснуться к ней, обнять. Я уже и не помню, какое оно на ощупь, женское тело. Ну-ну, Ваня, сиди и не рыпайся.

– Послушай, пока я что-нибудь приготовлю, может, расскажешь свою историю, что произошло в твоей жизни, ведь не всегда же ты был таким. Как дожил до такой жизни? Водка, наверное, будь она неладна?

Уколола, больно, издевательски. Хотя чего обижаться, отчасти она права.

– А есть ли смысл рассказывать, всё равно ведь не поверите? – вопросом на вопрос ответил я.

Она повернулась ко мне, посмотрела так, как будто решала мою судьбу, потом всё же продолжила:

– И всё же расскажи, и время пройдёт, и, как знать, может и поверю.

– Иваном меня зовут. Ну, тогда и вы назовите своё имя.

– Ну а я Марина. И не выкай.

– Марина, а могу я вас… тебя попросить об одном одолжении, если можно, конечно. Я бы душ принял, пока ты здесь занята у плиты.

– Давно не мылся? – спросила она, не оборачиваясь.

– Ну знаешь, одно дело купаться в озере, другое дело душ, горячая вода, мыло, шампунь.

Марина посмотрела на меня снизу вверх, потом выключила плиту, ещё раз посмотрела каким-то грустным взглядом:

– Сейчас, подожди немножко, – сказала она и ушла в свою комнату.

Немного времени прошло, и она вернулась. В руках у неё были какие-то тряпки:

– Вот, здесь тебе чистое бельё, а свою одежду положишь в пакет и выбросишь, когда будешь уходить.