Дочь Волкодлака. Часть первая

очных искорках рассыпанных жемчужин,

с которыми бумаги лист остался дружен,

как звуки слов дружат с мелодией речей,

вернее, мыслей-размышлений Волкодлака, —

я в чистоту дочки глазастости вливаюсь

затем, что устоять Зверем очень стараюсь

пред взглядом женского созвездья зодиака:

«Наверно, в дочке отразилась красота

Аннушки, пусть и Недотроги-Кареглазки:

её улыбки вкусность, взгляда чистота!

Снимают женщины всё ж иногда и «маски»,

когда ни подо что подлаживать не нужно

душу иль под кого… самой собой бывая,

мысли свои подлизываньем не ругая,

и для мужчины-парня не смеясь натужно,

а легко вглядываться и общаться дружно

с тем, кто твой мир души вниманьем озаряя,

интересуется, вопросом замирая:

«Малышка Ангела «ромашкового рая»

смеётся как, Ань… серебристо иль жемчужно?»

Фотокомментарий №0012

Нежность сиреневых узоров, как багета —

в мерцаньи бусинок, рассыпанных средь роз, —

пусть защитит Анну и дочь от всех угроз,

что дотянуться могут до фотопортрета!

В звёздочках искр розовых оттенков света,

украсивших – сияньем! – бархат лепестков,

взор Волкодлака затаился среди слов,

жаль, только дочери – от Анны нет ответа:

«Мам, выгляни! Там, под балконом, Волкодлак…

Сама боишься – поднеси меня к окну!

Какой трусливый из тебя, мамуля, Рак…

Ну ладно, можешь оставлять меня одну,

только закрой дверцу стеклянную балкона:

мало ли что случиться может, согласись?

Как это… «к дверце пальчиками не тянись»?

Мам, уходи иль побыстрей поторопись

дверцу захлопнуть: простывать мне нет резона!»

В окне возникли счастья детского глаза:

«Ой, Волкодлак? Привет-«салам»! А мама дома…

делает вид, будто с тобою незнакома!

Ты прав: действительно, такая «Егоза»!

Фотокомментарий №0013

Вновь непогодою тоски заплакал вечер,

ветром стучась в отблески лунных окон Анны:

«Солнышко», ключик ты стащи у своей мамы —

там, у двери,

твой Волкодлак ждёт с мамой встречи!»

Фотокомментарий №0014

Всё не могу никак забыть вчерашний день…

вернее, утро: встречу Волкодлака с мамой!

Мама тогда не выглядела светской дамой —

продлить больничный надо было бюллетень…

И мы как будто бы спешили не спеша

так, чтобы Волкодлак догнал мою коляску;

даже спина мамы ждала, едва дыша

(я Волкодлака мыслям придаю огласку

того судьбы момента или мига встречи…),

когда, нагнав нас, Зверь сказал:

«Здравствуйте, Анна!