Беглецы

Особенно в сфере обслуживания, носившей в здешних местах некий особый оттенок, выраженный меткой поговоркой: «Когда хохол на свет народился – еврей заплакал, не ведая, что обоим ждать теперь от москалей!»

Смех, разумеется, смехом, а только сырой наряд пуще всякого, подгонял Пущина скорее обрести тёплое пристанище. Благо, что теперь ему не нужно было уповать на Судьбу с её превратностями. Ведь, имея за спиной могучую поддержку благожелательных местных коллег, он мог теперь идти вперёд, не боясь встречи, уготованной всякому «без брони» за стойкой администратора.

И действительно, официальный бланк со всеми соответствующими канцелярским правилам – угловым штампом и круглой печатью, на подписи ответственного лица из секретариата прокуратуры, выдавшего документ – не подвел. На радость подателю, исправно выполнил возложенную на него роль.

Поданные через солидный «барьер» из полированного дерева «бумаги», произвели нужное впечатление. Да и как иначе, коли вместе с малиновыми служебными «корочками» всесоюзного образца, было предъявлено и официальное ходатайство, областной прокуратуры.

Ходатайство сделало его в этот момент, в глазах администратора вполне уважаемой, заслуживающей особого отношения персоной. Отсутствие «брони» у которого вполне заменялось опасением самих хозяев попасть под «колпак» законников.

– Ну, так бы сразу и говорили, – услышал Пущин долгожданные слова. – Вам заказано одно место!

После этих слов, произнесённых достаточно громко, чтобы слышали другие претенденты на оставшиеся «койки в номерах», далее распорядитель этого вожделенного удобства общался даже с ним приглушённым тоном:

– Вот Вам карта гостя, заполняйте ее и – в кассу!

Пущин последовал совету и ночевал он уже в отдельном номере на белоснежных, накрахмаленных до хруста простынях.

Практически все «командировочные» деньги, выданные в дорогу своему следователю Егорьевской районной прокуратурой по распоряжению младшего советника юстиции Гудзенко, успели закончиться в бюджете Пущина, уже на следующий день его работы во Львове.