Ветры Баянкола

В тот же момент, неуловимым движением, сабля Магира впилась ему в шею! Ноги туркмена подогнулись и он рухнул, заливаясь кровью. Магир наклонился над ним и услышал едва слышный шепот – Хвала Аллаху! Удар милости, дарваз! Удар милости.. брат! Человек дороги выхватил из за пояса гератский клинок и в мгновение ока, покатилась страшная голова, сверкая одним глазом. Дарваз поднял голову и указал воинам на ощетинившихся последним боем разбойников -Смерть! Смерть волчьему племени! Соратники Курбана ответили воем, и с бешенством обреченных, ринулись в сечу с новой силой.

Они не ждали пощады и не надеялись вырваться. Они хотели продать жизнь по дороже и на последок успеть глотнуть чистого, утреннего, горного воздуха! Уже близился полдень, когда отряд Магира подъехал к воротам Аталыка. Жители стояли на крепостных стенах, теснились на улицах. Ревели трубы, приветствуя победителей. Человек дороги ехал на коне впереди всех и каменным было лицо его… Дахир приветственно воздед ладони к нему – Безмерна милость Аллаха! Магир, ты, настоящий воин! Ты рожден для побед! Любая награда мала для тебя! Странная усмешка исказила лик человека дороги – Аллах велик! Почтенный визир!. А награда.?.Что может попросить человек дороги, тот чьим братом давно стал ветер, а сестрами тропы судьбы?! Старик улыбнулся, обнажив не по старчески острые зубы – Мне известна скромность твоя, дарваз! Подставь же ладони под дождь щедрот Аллаха и великого эмира! И устало кивнул Магир – Ну, если дождь щедрот готов лится в ладони. ?. Пусть же в городе сегодня будет праздник и пусть всех кто приговорен сегодня к смерти, выпустят! Довольно пролито крови! От изумления старик поперхнулся хвалебной речью и уставился на Магира, словно на лишившегося рассудка. Дахир попятился от Магира, в немом оцепенении, словно ожидая увидеть в черных глазах безумный, опасный блеск. Но лицо дарваза было усталым и спокойным, с задавленными где то глубоко искрами тоски. Внезапно визир хлопнул себя лбу – Велик Аллах! Как же я не догадался сразу?! Высшая награда – милость Аллаха! Ты хочешь заслужить прощение за кровь пролитую! А Курбан ведь был человек дороги! Брат тебе по крови! Так поступали великие халифы! Первые халифы, настоящие владыки! Магир, ты, хочешь награду небесную!! Отказавшись от дара земного! Эмир закончил вечерний диван (совет) своих приближенных и в какой то, не веселой задумчивости, застыл на месте, в то время, как царедворцы, кланяясь и пятясь, покидали зал.