Ветры Баянкола

Видимо поняв, что черный дервиш особо опасен, его стремились взять живым. Хасан прохрипел – Магир! Кони не выдержат скоро! Пришло время последнего боя, брат! Магир внезапно сверкнул зубами – Нет! Нет, Хасан! У храбрых свои боги! Еще не много, брат! Держи за мной! К старому арыку! И беглецы пришпорили и без того готовых рухнуть коней. Магир рявкнул – Бросай коня, брат! Прыгай в в воду, Хасан! Мутная, мелкая, вода, едва доходившая до горла, укрыла отчаянных людей, сидевших в мутной, глинистой жиже, пригнувшись и задерживая дух.

Было слышно, как, бранясь, подъехали всадники и спешившись, принялись тыкать копьями в илистую, грязную воду. Магир внезапно увидел, что розоватые струйки поплыли наверх и чуть прикусил губу. Копье задело плечо. Боли почти не было, но полоски мутно розового цвета расплывались все шире. Магир повернул голову.. Скорчившийся рядом, Хасан указал рукой наверх. Облепленные тиной, две головы приподнялись над водой, жадно глотая воздух. Воины отошли в сторону на полтора десятка шагов. Хасан прохрипел – Магир! Я не хочу сдыхать, захлебнувшись грязью! Давай вылезем и встретим смерть! Магир, похожий на черта, сверкнул глазами – Нет, брат! У нас есть ножи и зубы! Мы, сможем еще взять кого то на закуску к джиннам! Локтем, он, чуть толкнул Хасана. Подошедший совсем близко, страж лениво ткнул копьем в воду, на мгновение отвлекшись на пролетавших над головой птиц. Одним рывком, Магир, ухватил древко и с силой дернул. Воин рухнул в арык, отчаянно вопя. В тот же миг две фигуры, ринулись на берег. К оставленным стражами коням. Магир встряхнул кудрями» Держись брат! Аллах с нами!» Еще миг, ну, еще не много, и густое облако пыли из под копыт, скроет беглецов от воинов, мгновенно выпустивших тучу стрел. Храпящие кони уносили все дальше. Скоро пошла предгорная равнина. Магир повернулся к сотоварищу и улыбка сползла с его лица. Хасан, роняя комочки крови с губ, медленно клонился с седла. Магир едва успел подхватить его, увидев что из спины человека дороги торчит стрела… Ночь они встретили в тесной пещере, прижавшись к друг другу. Хасан попытался улыбнуться – Ты, вытащил стрелу, брат мой, Магир! Ты, продлил мне жизнь! А зачем?! Магир поправил тряпицу на распоротом плече – Жизнь дарована Аллахом, Хасан! И живет тот, кому суждено жить! Его собеседник, обычно молчаливый, вдруг тихо и сбивчиво заговорил. Речь его была похожа на скороговорку умалишенного.