Полынь-вода

Оттого и безверие…»

Внутри у Сергея Ивановича сделалось пусто, словно кто-то подмел невидимой метлой все его чувства и выбросил вон, в железный, ржавеющий мусорный бак.

«Эх, жизнь…»

VII

Марина с Ниной гуляли по Ленинскому проспекту: от гостиницы «Минск» до площади «Октябрьская» и обратно. Несмотря на поздний час, здесь было людно и весело.

Город-герой Минск переливался предпраздничными огнями. На улицах и площадях было так светло, словно яркий шар луны висел над самым городом и светил только ему, его жителям и гостям.

– А давай возьмем бутылку шампанского и пойдем в Михайловский сквер, – предложила Нина. – Там выпьем. Деньги у меня есть. Червонец.

– За червонец мы и в кафе посидим, – рассудительно сказала Марина.

– Не вопрос. – Нина улыбнулась. – Пошли. Куда?

– В «Молодежное».

– Как хочешь. Я сегодня добрая.

– С чего бы? – Марина недоверчиво глянула на свою подругу. – Ты все время жалуешься на жизнь. А теперь?

– Теперь у меня свободный вечер.

– А завтра?

– Завтра тоже выходной.

– Не говори загадками.

– Я не говорю. Просто послезавтра пойду работать.

– Вечером?

– Именно вечером.

– И куда?

– В гостиницу «Юбилейная».

– Перестань шутить.

Марина начала злиться.

– А я не шучу.

Нина сказала это серьезно, с оттенком грусти.

– Объясни, – удивленно попросила Марина. – Только все по порядку.

– Пожалуйста. Ты мне подруга, тебе скажу. – Нотки грусти в голосе Нины прозвучали отчетливее, резче. – На прошлой неделе хотела еще сказать…

– Ну, – нетерпеливо перебила Марина.

– Как бы тебе сказать…

– Прямо.

– Ночной бабочкой, – выдала Нина. – Я недавно познакомилась с одной такой, в гостях у нее была. Богато живет. Деньги сама зарабатывает, ни у кого не просит. И я просить не буду.

– С ума сошла, – выдохнула Марина.

У Марины больше не было слов. Вернее, были, но она их проглотила вместе с жалостью к подруге.

– Может, и сошла, – как-то покорно согласилась Нина. – Но сегодня не будем об этом.

Они замолчали, почувствовав неожиданную и обоюдную отчужденность.

– Так, значит, ты решила, – спустя какое-то время, произнесла Марина.

– Так, – повторила Нина и уже зло добавила: – Рожденные ползать летать не могут. Это только в тупой песне поется: мы рождены, чтоб сказку сделать былью. Сказка о светлом будущем есть, а вот былью ее все никак не сделают. Это и тебя касается.