Амнезия. Сборник рассказов

 – И меня совсем позабыл!.. Ну же, шевели мозгами!!

– Простите, не могли бы вы говорить на полтона тише, – робкая просьба мужчины неловко повисла в воздухе. – Очень голова болит.

– Я твоя законная супруга Поля… Полина, – забормотала Кузяева. – А ты мой муж Слава… Святослав… Ну?!

– Это я уже понял из вашего эмоционального рассказа в клинике, – мужчина страдальчески наморщил лоб. – Но и вас, и это жилище я вижу впервые.

– Во, блин, загнул: «Жилище»! Слово-то какое противное!! Это твой отчий дом, между прочим!!! Родителей своих помнишь? Мама – Алевтина Егоровна.

Папа – Илья Зосимович.

– Зосимович? – собеседник было оживился, но вновь впал в прострацию.

– Горе ты моё луковое! – женщина запустила пятерную во всклокоченную шевелюру Святослава Ильича. – Снимай куртку, иди в ванную, мой руки.

– Это куда?

– Левая дверь всегда была… Господи, за что же мне такое наказание?! – отправила запрос Всевышнему Полина Ермолаевна и принялась истово молиться.

– Дорогие друзья! – начал вступительную речь владелец фотостудии Аркадий Агафонович Безродный и торжественно поднял фужер с бюджетным шампанским.

Его, как и водку, он приобрёл со скидкой в сетевом супермаркете неподалёку, а администрация ресторана любезно закрыла глаза на принесённое с собой спиртное. – Надеюсь, вы позволите мне вас так называть?

– Да-да, конечно! – за столом одобрительно закивали.

– Спасибо. Право, я тронут! – руководитель сентиментально оглядел присутствующих и, не дав нахлынувшим чувствам вырваться наружу, продолжил.

 – Так вот, эта предновогодняя пора наполняет меня одновременно и горем, и радостью. Горем оттого, что наше ателье, увы, закрывается.

– Как? Почему?? Не может быть??? – наперебой заголосили сотрудники.

– Ещё как может, – бизнесмен глубоко вздохнул. – К моему глубочайшему сожалению, кризис докатился и до нас. Мы – в глубочайшем минусе, и это, как говорится, факт. Платить за аренду и вам за труды, отчислять в фонды и тэ-дэ больше нечем. Финита ля комедия!

– А радостью почему? – более не ожидая ничего путного, тем не менее поинтересовался Святослав Ильич.

– Радостью? Какой радостью?? – Аркадий Агафонович в недоумении покосился на уже почти бывшего подчинённого.

– Вы только что сказали, что эта пора наполняет вас и скорбью, и радостью? – пояснил фотограф.

– Ну как же… Потому что перед каждым из нас открываются новые горизонты! Мы пойдём по неизведанным тропам и, верю, преуспеем! Но поодиночке.