Рейс в прошлое. Мистика

Ты иди, если хочешь.

Ксения:

– Ладно, пойду тогда одна. Подождёшь меня?

Мария:

– Конечно.

Девушки за руки дошли до церкви. Она была довольно большой для такой маленькой паствы. Её голубые с золотом купола переливались радугой на солнце. Ксения зашла внутрь. Территория вокруг, в отличие от других мест, где бывала Маша, отличалась простором и необычной красой. Розовые кусты обвивали две беседки, дорожки плутали среди посадок, открывали необычные находки – гипсовые фигурки сказочных персонажей. Резные лавочки с исконно русскими мотивами напоминали детство, особенно одна.

На её спинке были вырезаны ставенки, такие как открывает рассказчица «В гостях у сказки». На неё Маша и присела. Общее впечатление от увиденного было таким позитивным, что тайное недовольство посещением храма и внутренняя скованность уступили место чему-то приятному и доброму внутри.

В этот момент из церкви вышел батюшка. Мария резко напряглась, ожидая недовольства и возмущения своим внешним видом. Батюшка был нестарым человеком, лет сорока пяти, его красивое одеяние цвета молодой листвы отражало солнечные лучи, и Мария увидела, что освещало ореолом фигуру.

Его взгляд завораживал и притягивал, как магнит. Священнослужитель заметил внимание девушки и подошёл. Приветствуя его, Мария встала со скамьи.

Батюшка:

– Доброго дня, дочь моя. Почему ты так грустна? Отчего в храм не заходишь?

Слова из уст его лились миррой, окутывая внутри всё естество теплом и любовью.

Мария:

– Да куда ж я, батюшка, в таком виде? Одета я не по правилам.

Батюшка:

– А ты, деточка, зайди. Сегодня день великий. Привезли нам реликвии вечные, мощи святые. Зайди, приложись, благодать тебя окутает.

Мария:

– Да и макияж у меня больно яркий, неудобно мне. Всё не к месту.

Батюшка:

– Нет, душа моя, не бывает не к месту. Коли ты здесь, значит, нужна тебе помощь, благословение. А одёжа, то для Бога вещь не столь важная. За макияж переживаешь, не печалься о том, я полотенчиком за тобой сотру. Пойдём, деточка, со мной.

Мария вместе с батюшкой зашли в храм. Первый раз служительницы не смотрели на неё как на прокажённую. В храме дышалось легко и свободно, отворённые двери создавали небольшой сквозняк, потому запах ладана и свечей смешивался со свежей весной. Мария поставила свечи к иконе Иисуса, приложилась к мощам, и слёзы потекли по её щекам. Объяснить, что она испытала, словами было не в её силах. Если совсем просто: ей захотелось обнять душой весь мир.