Веселенькие рассказы

Если раньше Скворцов-старший употреблял исключительно в выходные, дни аванса и получки, а также по случаю государственных и религиозных праздников и, само-собой, дня взятия Бастилии (это святое), то теперь выставлял на стол бутылку водки ежедневно и под одобрительные взгляды жены и дочери принимал свои законные три рюмки, ибо, как известно, Бог троицу любит и нам велел. Еще и хрустел нарочито смачно соленым груздем, распространяя вокруг пахучую укропно-луковую субстанцию.

Видеть такое было невыносимо.

Неприятности поджидали Алексея и на работе. «Отделяешься от коллектива», – упрекнул начальник и уполовинил Скворцову квартальную премию. Объяснил так: «Теперь тебе и этого за глаза».

Через два месяца Скворцов поднял руку на жену, чего ранее даже по-пьяни не случалось. Показалось ему, что неприветливо встретила его Надюха. Не улыбнулась, а ухмыльнулась криво.

«И чего я на нее окрысился? – пожалел тут же Скворцов. – Любит ведь меня как-никак.

«Выпил бы ты уж, Лешенька. Всем легче с того будет. А то не по-людски как-то жить стали», – взмолилась измученная женщина и принесла спящую дочурку. Та неожиданно скособочилась и чихнула: «Ай пси!»

И вот тут Скворцов сорвался. Он стремглав рванулся на кухню, выхватил из холодильника отцовскую водку, наполнил до краев первую попавшуюся чашку и, запрокинув голову, прикончил ее в три глотка. Мгновенно он почувствовал тепло, разливающееся внутри организма и, преодолевая легкое головокружение, налил по-новой, но пить сразу повременил.

После третьей затяжки к Алексею неслышно подкралась Надюха. Он уловил ее мягкое дыхание и неожиданно осознал: «Все будет хорошо».

Мужские забавы или бедный Юрик

Никому не посоветую зимнюю рыбалку на Финском заливе. Одни сборы способны возбудить ненависть к этому водоему.

Вопрос жизни и смерти – не забыть запасные шерстяные носки и рукавицы.

Загружаемся с соратниками в машины. Те уже опохмеленные, оттого воодушевлены сверх обычного и шутят сально. А время – восемь часов утра.

Приехали к заливу, разгрузились.