Джон и Йоко. Фальшивые ноты

Кинолог, державший собаку за поводок, глядя на таможенника, неуловимо повёл глазами вправо-влево.

– Можете закрыть чемоданы, – сказал таможенник.

– Мы можем идти? – спросил Пол.

– Да, я сейчас только сделаю отметку в вашей таможенной декларации.

Тем временем кинолог присел рядом со спаниелем и опять стал что-то говорить ему. Обострённым музыкальным слухом Пол услышал, как он обращался к собаке, перемежая немецкие и японские слова, называя спаниеля Себастьяном.

После слов кинолога Себастьян неохотно встал, подошёл к Линде и, сев перед ней на задние лапы, нагло уставился ей прямо в глаза.

– Какая хорошая собачка, – хихикнула Линда. – Я тебе понравилась, да? Как тебя зовут?

Себастьян, однако, вместо того, чтобы ответить, как его зовут, вдруг, не отводя взгляда от Линды, громко гавкнул.

В этот момент, как из под земли, вдруг появились два оператора с видеокамерами. Они, как по команде, направили объективы своих камер – один на Линду, другой на таможенника.

– Миссис, я попрошу вас предъявить для досмотра вашу сумочку, – сказал таможенник, протягивая руку.

Линда тревожно посмотрела на Пола. Один из операторов мгновенно развернулся и направил объектив на него.

– Простите, я жду, миссис, – вежливо, но твёрдо сказал таможенник.

Линда медленно, как сомнамбула, сняла с плеча сумочку.

– Откройте, пожалуйста, сумочку для досмотра.

Линда опять беспомощно посмотрела на мужа и медленно, как во сне, открыла сумочку. В ней среди дамских предметов первой необходимости лежало шесть маленьких конвертиков с каким-то порошком.

Оба оператора буквально влезли своими объективами в раскрытую сумочку.

– Это ваше? – спросил таможенник, оттеснив операторов и подцепив коричневый квадратик вынутым из нагрудного кармана пинцетом.

Линда молчала, опустив глаза.

– Миссис, ответьте, пожалуйста на мой вопрос – это ваше?

– Нет, – раздался вдруг резкий голос Пола. – Нет, это моё.

Операторы, как хорошо отлаженный шарнирный механизм, синхронно повернулись к нему.

– Вы подтверждаете, что это ваше? – уточнил таможенник.

– Да, – ответил Пол, – моё.