Асимметрия

 – Дожди какие льют! Пятый заливает к чертям собачьим. Надо что-то делать!

– Да, ты повторяешься, я это уже слышал. – Искандер размял виски и неожиданно повернулся ко мне, щедро обнажая в улыбке белые зубы: – Ким, у меня есть мысль. Тебе точно понравится! Вот это Семён Созонович – комендант нашего общежития. Старожил в самом прямом смысле этого слова, всё помнит, всех знает. Семён, Ким вливается в наши стройные ряды на полтора года вахтёром музея. Помоги ему осмотреться, покажи вахту. Проводи в общежитие, дай комнату.

Ну, не мне тебе объяснять: сам всё знаешь…

– Нет времени, – запротестовал Семён Созонович.

– За мной бегать, – сухо обронил Искандер, – у тебя время есть, значит! Это не просьба, а приказ, Семён. Ким, а ты после заглянешь сюда, к Ольге Николаевне. Подпишешь договор, ознакомишься с должностной инструкцией. Не забудь сдать ключи в дежурку, ты за них расписывался. И подумай намедни о нашем разговоре. Хорошенько. Всё понял?

– Конечно, – сказал я, переминаясь с ноги на ногу.

 – А на работу когда?

– Завтра в восемь.

– Ага, понял.

Искандер кивнул и зашагал прочь по коридору.

– Товарищ подполковник, а как же смета? – крикнул вдогонку комендант.

– Ах да, – Искандер остановился, – совсем забыл, действительно. Я тут знакомил Кима с историей местных горноспасателей, рассказывал про нашу часть, про Красносудженск. Ты же, кажется, был политруком? Подхвати мой рассказ. Должно быть интересно.

– Как же так! – застонал от бессилия Семён Созонович, заламывая руки и недобро поглядывая на меня.

– Ладно, можно без экскурсии и без рассказа, – предложил я.

– Пацан, давай без «ладно», – строго отсёк старик и рубанул железным: – Приказы не обсуждаются, у нас тут авторитарный стиль правления. Армия называется.

Я кротко кивнул, и мы оба, угрюмые и подавленные, поплелись во двор.

Отец-основатель тов. Сулагубов Н.Г. – на фотографии курносый, с широкой ниткой шрама через всё лицо – когда-то славно постарался, чтобы слепить паноптикум в подсобке бывшей булочной помещика Кизелова.

Назвать музеем сборище необычных вещиц, имеющих то или иное отношение к горноспасательному делу, назвать было сложно. Тем не менее красноармеец Сулагубов трепетно собрал не только предметы, но и легенды горноспасателей – различные байки, предания и небылицы. Собственно, фольклор, усердно перепечатанный на ундервуде безвестной стенографисткой, единственное, что дошло до современников в неизменном виде.