Вещий. Лабиринт Аша. Невероятное путешествие. Книга первая

Нет пророка в своем отечестве, но я уверяю вас, Ха-кин-та-Годар был великим пророком, сейчас я могу сказать это со всей уверенностью. Не является ли безумие просто результатом непонимания? Каждый из присутствующих здесь наверняка читал его книгу «Вестник времен или путешествие за области Сфер» то ли в силу того, чтобы посмеяться над безумцем, то ли в силу того, чтобы понять, что такое безумие, у каждого были свои мотивы. Вы должны помнить, что в книге наиболее сильно выделяются пять объектов изучения.

Первый объект изучения – это Врата Сфер, при помощи которых можно проникнуть в области вселенной, называемые мирами за Сферой.

Второй объект – мертвый город живых, в котором находятся невиданные существа, составляющие две враждующие друг с другом испокон веков народности. Каждая из народностей хранит у себя некий очень важный предмет. Каждая из народностей пытается покорить другую и захватить этот предмет, но ни одной из них не удается это сделать.

Третий объект – цивилизация кимов, цивилизация зодчих образов и мыслей.

Четвертый объект – одеяние таинства, сшитое из мыслей умирающего бессмертного существа, пожертвовавшего своим бессмертием ради счастья всех существ мира мрака и безнадежности.

И, наконец, пятый объект – Вещий – ходящий сквозь сны.

Уважаемые коллеги, откуда рождается музыка? Как именно рождается мелодия, которая затрагивает тончайшие нити личности? Может кто-нибудь ответить?

– Какое это имеет отношение к решению нашего вопроса, уважаемый старейшина? – донеслось из зала.

– Уверяю вас, самое прямое. Терпение и вам все станет понятно. Так может кто-нибудь ответить на этот вопрос?

– На этот вопрос невозможно ответить однозначно, – донесся тот же голос, – Как сказал один мой друг: настоящая живая музыка возникает откуда-то из глубин чего-то, найти это что-то, все равно, что сделать музыку мертвой.

– Очень интересное замечание, – восхищенно сказал старейшина, – ваш друг либо сам музыкант, либо философ.

– От чего ж нет, охотно. Его звали Элгер Малин. Он умер десять лет назад. Он не был ни философом, ни музыкантом. Он был лекарем. Обычным лекарем.

– Позвольте с вами не согласиться, уважаемый шалха. К простым лекарям такие мысли едва ли приходят. Но я понимаю, почему вы сказали именно так. Фраза, несомненно, достойная глубокого мыслителя. Уверен, именно таковым он и являлся.