Достойная небес

Ты сделала столько полезного и мне и другим! Если ты не достойна небес, то, пожалуй, наверное, никому там не место.

– Спасибо! Если бы ты такой озорной и радостной не была, то и я бы собой не стала! – едва не расчувствовалась Мия и бросилась к подруге в объятья благодарности.

– Да ну, ты мне льстишь! – радостно приняла её Дзюнка.

– А насчёт себя думала? – нырнув в аромат её волос, спросила Мия и поняла, что пахли они капустой. – Мне же, если, что там наверху будет одиноко без тебя.

– Не знаю, я как-то не задумывалась обо всём таком, – бросила обниматься Дзюнка.

– А как же так, сама не думала, а мне желаешь? – недоумевала Мия.

– Я считаю, что каждый себе сам выдумывает загробное счастье или несчастье, в которое потом верит, – поразмыслив, ответила Дзюнка.

– Хм, странно. А для чего?

– Не знаю. Кому-то может так проще избавляться от ответственности и страхов перед смертью или в чём-то оправдывать себя, а может просто нравится следовать за недостижимым идеалом.

Мия удивилась услышать от подруги фразу столь полную глубокомыслия. Всегда находившаяся в стороне от всевозможных моральных и этических разговоров, Дзюнка, как оказалось, имела прочную философию душевных убеждений, защищающих её от внешних воздействий. Мия внимательно слушала, не ожидая с ней столкнуться.

– Тот, кто верит в перерождение – переродиться, скандинав попадёт в Вальхаллу, а грек – к одному из богов на Олимпе, – продолжила рассуждать Дзюнка.

– Но разве могут все они быть правдивы и существовать одновременно? – спросила Мия. – Да и тесновато им там на небесах всем будет, не находишь?

Дзюнка в ответ улыбнулась и пожала плечами.

– К тому же, что же выходит, если мы верим не одинаково, то попадём с тобой в разные посмертные места? Я так не хочу! Нужно попасть в один, истинный наш дом!

– Когда помрём тогда и посмотрим, – весело ответила Дзюнка, видя, как Мию тронула тень лёгкой грусти.

– А что если тогда будет поздно?

– Да, ну это всё фольклорно. Не по-настоящему, – отмахнулась Дзюнка.

– Не веришь в жизнь после смерти? – подошла к ней Мия, наклонилась, сжала перед собой кулаки и присела так, будто собиралась прыгнуть.

– Если честно, то не очень.