Маска лицемера

Каждое воскресенье мы ходили с мамой в церковь, она ставила свечи, молилась, говорила о том, как важна вера в Бога, что никто так нас не оберегает и не помогает нам, как Господь. Каждый год мы держали посты, и странно было то, что один из грехов – блудодеяние мама нарушить не боялась, но вот в остальном всё должно было быть согласно Библии: не убей, не укради… Библия в нашем доме стояла на почетном месте, только вот как бы мама ни старалась, её содержание я так и не знаю – пыталась пару раз прочесть до конца, но у меня так ничего и не вышло, уж больно скучно было читать.

Однажды, придя из школы, я увидела свою мать всю в крови, она валялась около ванны. Я около минуты ничего не могла сказать, перепугалась жутко, мне тогда было лет 14. Отойдя от шока, подбежала к ней, подняла голову и вместо лица увидела месиво, я просто начала плакать, потому как подумала, что мама умерла… В это время из кухни вышел мужчина, очень высокий и с приплющенным лицом, его костяшки были в крови, посмотрел на меня своим злым взглядом и сказал:

– Скажи спасибо, что живой оставил!

И так усмехнулся после этой фразы, что эту усмешку я запомнила на всю жизнь, а еще в памяти стойко отложился страх, что и меня побьют.

Но нет, мужчина не тронул меня, он просто ушел, вытерев руки кухонным полотенцем.

Я совершенно не знала, как поступить в этой ситуации, моя мама лежала у меня на руках вся в крови, дыхание было еле слышным. И только минут через 10 меня осенило, что нужно вызвать «скорую»…

«Скорая» приехала через час, врачи особо не церемонились, схватили, как скотину, мою маму и утащили, оставив в квартире плачущую и ничего не понимающую девочку-подростка.

Как разворачивались дальше события, я особо не помню, но почему-то ко мне никто не приехал, не из полиции, не из соцслужбы – никто. Все, наверное, были так заняты построением новой страны, что на таких людей им было наплевать, ну или наплевать только на меня. Даже учителя не задавались вопросом, почему же Таня в школу уже неделю не ходит, всем все равно… А мне было очень страшно выходить из дома, в голове постоянно возникал образ окровавленной матери.

Через неделю мама вернулась домой, лицо было опухшим, с кривым носом, но выражение его не менялось – то же выражение доброй, наивной дурочки.