Труп

Хорошая минералка, вкусная, – Султан улыбнулся, наслаждаясь вкусом, затем сдвинул брови. – Дорогая, сука. Но вкусная.

Вася тоже еле заметно улыбнулся. Вкусная минералка.

– А куда автобус идет? – спросил Султан. – А то я сел и даже не знаю, куда еду.

– Ну… – вообще, Вася тоже не знал, куда шел этот автобус, ему нужно было проехать до дома еще всего пару остановок. Он попытался разглядеть схему маршрута на стене перед ними, но Султан не дождался ответа. Нахмурившись, глядя куда-то перед собой, он произнес:

– Мне завтра на дачу ехать.

Надо тут дом строить, от родственников досталась земля. И работу буду завтра искать.

– Понятно, – лаконично отозвался Вася. Ему почему-то стало очень жаль Султана. Он хотел сказать что-нибудь, спросить про его семью. Вся жизнь попутчика пронеслась у Васи перед глазами: вот он стоит на рынке, торгует шубами из контейнера. Вот он таскает бревна и сколачивает их, возводя кривенький, крошечный домик. Вот он сидит в квартире с облезшими обоями и пьет водку из бутылки из-под Бон-Аквы.

Вася хотел ему посоветовать не оставаться здесь, уехать обратно, домой. Или отправиться дальше, на запад, в Москву, там хотя бы какие-то возможности. Там есть будущее. Там ему не придется задыхаться на тупой работе, не придется выбирать из четырех паршивеньких кинотеатров, не нужно будет весь год копить деньги на летнюю поездку в Египет. Там у него будет шанс на нормальную, интересную жизнь.

– Ты хороший парень, – сказал Султан. – Нужны деньги?

Он снова достал скомканные купюры и протянул Васе полтинник.

– Нет-нет-нет, – Вася, улыбаясь, замахал руками, – не нужно.

– Да бери, – настаивал Султан, – я до денег не жадный.

– Хорошо, но не нужно, правда, – на взгляд в куче бумажек было около трех тысяч.

– Ну смотри, – Султан убрал деньги.

Автобус остановился на светофоре.

– Ладно, – сказал Вася, поднимаясь, – мне выходить.

– Да, удачи.

Они пожали руки. Вася подошел к двери маршрутки и, когда та открылась, вышел. Султан пересел на свое место и поехал дальше.

Оленька

Оленька лежала на мягкой пуховой подушке, наблюдая за пылинками, дрейфующими в рассекающем спальню пополам луче солнца. Она улыбалась пухлыми губами, нежилась, лёжа обнаженная поверх одеяла, вдыхая морозный январский воздух, что проникал в комнату через открытое настежь окно.

Оленька повернулась, посмотрела на спокойное лицо мужчины рядом. Он лежал на спине, неподвижный, большой, красивый. Оленька улыбнулась и ему.