Сердце свиньи

Он подождал, немного надеясь, что звонок не повториться. Но напрасно: вновь настойчиво позвонили. Нехотя, громко шлепая тапочками, пошел открывать, и был очень удивлен, когда увидел у порога не кого-нибудь, а именно свою тетеньку Глафиру Степановну.

– Ой, извини, не стала бы тебя беспокоить, если бы, не срочная просьба, – очень быстро стала говорить тетя, словно боялась, что ее могут недослушать. Дело в том, что я привезла свинью…

– Что вы привезли? – переспросил удивленный племянник.

– Свинью, – откровенно призналась Глафира Степановна.

 – То есть пока еще поросенка.

– Заходите в квартиру, а то неудобно у дверей.

– Спасибо дорогой.

Тетя едва уселась на диван, как снова затараторила.

– Я поехала в гости к подруге в Екатеринбург. И вот она чтобы сделать приятное подарила мне поросенка. Сказать честно я давно о таком мечтала.

– И что?

– Держать мне его негде. У меня ведь однокомнатная.

– Но чем я могу помочь? – продолжая удивляться, спросил Нестор Михайлович.

Тетушка всплеснула руками:

– Милый.

Ведь у тебя большая дача. Пусть поросеночек поживет там. Я тоже буду там жить. Буду за ним ухаживать. А в квартире останется дочка. Она у меня уже взрослая.

– Мда… задумался племянник. – Но, а свинья, то хорошая? – вдруг почему-то спросил он, сам не зная почему.

– Ой, очень, – обрадовано стала кивать головой тетя.

– Ну что же, поживите. Если понравиться буду рад. А нет, так не обессудьте…

– Спасибо родной, – тетушка цепко ухватила племянника за тонкую шею, и крепко чмокнула его прямо в нос.

Потом раскрыла сумку, которую принесла с собой и к огромной радости родственника вынула оттуда пончики с повидлом.

– Когда успели приготовить? – искренне удивился племянник. – Ведь вы только недавно приехали.

– Ешь дорогой. Я их приготовила по приезду на радостях.

– Так быстро?

– Ну да. Я ведь приобрела Филимона.

– Какого еще Филимон?

– Поросенка, – с улыбкой уточнила тетя. – Я назвала его Филимоном, потому что, так звали одного знакомого мне человека, который мог показывать разные удивительные фокусы.

Так вот Филимон тоже показал в поезде интересный фокус.

– Какой?

– Очень забавный. Только дай мне слово, что никому не скажешь.

– Не скажу, – заинтригованно замотал головой Поливанов, и застыл как памятник в трепетном ожидании.

Глафира Степановна пододвинулась поближе к племяннику и прошептала ему что-то на ухо.

– Что?? – лицо у Нестора Михайловича вытянулось до неузнаваемости.