Недалеко от гетто

Она была установлена на самодельный железный штатив, который Батый сварил своими руками. Поскольку рабочие были навеселе, им стало интересно, зачем этот прибор стоит здесь. Они видели его и раньше не раз, но никогда не задумывались над этим.

– Какая штуковина, – сказал старший брат, – у нас таких даже в школе не было. Ты её тут нашёл, на свалке?

Батый кивнул.

– Наверное, луну в неё по ночам разглядывает, – засмеялся басом младший брат.

– Наверное, Батый на луне жить собрался, – на этот раз засмеялись уже все, кроме самого сторожа.

– А мож, ты её продать хочешь? Да кому нужно такое фуфло? Лучше бы вон стиральные машины продал, их там с десяток валяется. Или телевизор на крайний случай.

Они ещё немного пощупали, поиграли с телескопом и быстро потеряли к нему интерес.

– Живешь как свинья, – сказал Сергей, – а на луну смотришь. Для чего тебе это?

– А я так убиваю время. Это лекарство от скуки. Мне же надо чем-то заполнить паузу на моём пути, – ничуть не смутившись, ответил Батый.

– Смотри, так и вся жизнь пройдёт.

Сторож засмеялся.

– Жизнь – это и есть пауза. Между рождением и смертью.

Вскоре рабочие отправились дальше по своим делам. Сторож взял тряпочку, смочил её водкой и аккуратно протёр телескоп после чужих рук. Затем Батый решил, что надо бы спрятать его куда-нибудь подальше, чтобы он не бросался людям в глаза. Только после этого позволил себе выкурить ещё одну сигарету и немного подремать. Сквозь сон он слышал, как щенки возятся под вагончиком.

***

Летом, бывало, всю свалку обволакивало облако удушливого дыма. Если залезть на самую высокую кучу мусора, то можно увидеть, что город вдали утопает в дыму. Этот дым для одних был предвестником конца света, для других – символом местной коррупции. Кто-то ещё верил в глобальное потепление. Но большинство знало, что тайгу поджигают специально, чтобы потом продавать древесину в Китай, а убытки списывать на природные бедствия. Дальневосточная сосна с караванами «КамАЗов» уходила за границу.

На Дальнем Востоке города одними из первых стали задыхаться в дыму каждое лето. Примерно с середины девяностых, в самый разгар беспорядков.

Из-за этого солнце по вечерам светило необычно красиво и ярко. Дым преломлял свет, и красное зарево тянулось вдоль всего горизонта.

***

Начальника звали Александром.