Суета. Хо-хо, ха-ха

– Вишня, дорогая моя Вишня, я не за этим, – серьезно обещает брат. – Только в гости. Увидеть. Да и не пойду я против воли твоей.

Тамара облегченно выдыхает:

– Конечно… Ты надолго?

– Уже надоел?

Тамара нахмуривается:

– Витя! Вокруг… Что-то закручивается вокруг нас. Неужели не чувствуешь?

Брат беспечно улыбается:

– Чувствую.

– Тоже?! Как?

– Более обычного ненасытен я. Бешусь. Всего мне мало, Тамара. Всего. Боли мало, смеха мало. Мало, мало – большего заглотнуть хочется. Запастись. Для чего? Почему?

Тамара предлагает:

– Останься здесь.

– Нет, – в лукавый полет уходят уголки губ брата. – Тебе не я нужен.

Тамара отводит взгляд в сторону. Молчит. Наконец говорит:

– Нужен. Ты нужен, ты всегда нужен.

– Ты и строчки мне не послала.

– Никому не послала. Никому. Я… я заморозила себя.

– Даже так?.. Родоста не помогла, значит?

– Что ты, что ты?! Я бы без твоего лекарства… Ты понимаешь… я порванная была, а ты меня еще больше порвал, и как-то после этого мне жить захотелось, быть захотелось, и я срослась.

Брат усмехается:

– Хорошо сказала. А признайся, о ТОМ иногда думаешь?

Тамара признается:

– Да, порой.

– И тебе назад, в ТО, хочется, и ты стыдишься, и оттого такая странная сейчас?

Тамара оставляет вопрос без ответа, понимая, что брат просто забавляется ею. Да и отвлекает от тревоги. Виктор же поворачивается ухмылкой расползающимся лицом к лежащей около него дорожной сумке и, стряхнув с нее невидимую пылинку, потянувшись за перчатками, сложив их вдвое, втиснув в кармашек сумки, объявляет:

– Мы дом купили.

– Зачем?

Взгляд Виктора возвращается очищенным от ухмылки:

– Вместе жить хотим. Вместе. Однако обязательно так, чтобы на пятки друг другу не наступать, – общими комнатами и АПАРТАМЕНТАМИ. Хотя Мать вот не соглашается – хочет в старом остаться. Тебе, конечно, на случай визита тоже апартаменты устроили.

– Мне?

– Тебе. Конечно, и тебе. Я твои комнаты, уж извини, по своему разумению обустроил.

– А как Алеша? – перебивает Тамара.

Голос Виктора набирает приторность:

– У Алеши узнавай.

Тамара слабо возмущается:

– Вот. Так и Мать, и Дед отвечают.

Виктор фыркает:

– Тебе только два слова черкнуть: «Как ты?» – и он тебе книгой отпишет. Зачем ты так? В чем наша вина?

– Это я. Не вы, а я.

– В чем твоя вина?

Тамара молчит, брат усмехается:

– Вижу, и ты неуемна. Моей «болезнью» больна.