Суета. Хо-хо, ха-ха

Проходит время – небо вживается в ласковую, беспечную лазурь, поля наливаются травами, а Тамара, так и не обретя какого бы то ни было покоя, вновь приступает к поиску. Теперь ищет она подтверждение смерти друга: требуется ей найти хоть клочок шерсти рыжей – тогда поверит. Но, сколько ни рыщет по лесу, не находит. И не может принять смерть Умана. И живет в ней надежда, возрождающая и отравляющая. Наконец в порыве отчаяния, желая забыться, отправляет письмо Лидии, приглашая приехать. И Лидия приезжает.

4.

– Все-таки в содержанки?

– Тамарочка, ну почему так резко? – морщит носик Лидия, вращая в руках мяч, перебросом которого развлекали подруги себя у моря, пока не наскучила им забава и не решили пройтись они по Дороге. – Он просто будет мне помогать. Тебе претит?

– Почему? Не мне же помощь поощрять.

– Перестанешь знаться со мной?

Тамара задумчиво скользит взглядом по громаде приближающегося Дома:

– Мне было бы удобнее устроить тебе пособие.

– Под покровительство взять? А не рано ли тебе делами стариков заниматься?

– Посредством Матери.

Лидия серьезно, оценивающе смотрит на Тамару, а потом, кивнув на Дом, тихо спрашивает:

– Зачем род ваш такой дом здесь выстроил?

– Чем место плохо? – удивляется Тамара.

– От мира далеко… Пустыня.

– Пустыня?!

– Снег, снег и снег. Все о крае вашем – снег.

– А это? – еще больше удивляется Тамара, взмахом руки предлагая подруге солнцем обласканные поля – в травах, цветах, пчелах, в веселой перекличке резвых пичуг.

– Мгновение, – все так же тихо отвечает Лидия и продолжает: – Ты, наверное… Я тебя, пожалуй, и вовсе не знаю. Ты… какая же ТЫ, если жить здесь ХОЧЕШЬ? И ты богата, ты до страшного богата.

– Это как – «до страшного?» – лукаво улыбается Тамара.

– Дом. Такой огромный я уж совсем не ожидала увидеть. И поместье у вас – безмерное. И ПОЕЗД! Свой, собственный! И завод!.. Почему ты никогда нос не задирала?

– И это не все, – пожимает плечами Тамара и подтверждает: – Да, богаты.

– Покупаешь меня?

– Ни в малой степени. Я прикрытие дарю. Веди себя как желается, но до предложений, как от господина твоего Твестева, не… не позволяй такого. И спокойно тебе будет. И между нами все хорошо и ладно будет.

– Осуждаешь все-таки, – обиженно отворачивается Лидия.

– Нет.