Куб

Тим надеялся, что те воины, что остались на Гранях, вовремя воспользуются фаями, и исход битвы, а вместе с ней и войны будет предрешен. Он смог продержаться, выжить лишь с парой боевых пластин варваров, и теперь пустит их в ход против их же бывших хозяев.

Однако время шло, лёты уже давно пересекли условную границу, в пределах которой работали фаи, но почему-то ничего не происходило. Кроме того, что волна гигантских шершней настигла, наконец, флотилию техно, и обрушила на неё свой гнев…

В ход пошли боевые пластины, жала, жвала, плевки ядом, и самое страшное оружие – месть за сожженный дом.

Варвары ударили, и откатились назад. Бросились на сплошной строй лётов, и вновь их отбросило, будто они бились о стену. Но это было не так.

Каждый наскок, каждый натиск уносил сотни жизней, как с одной, так и с другой стороны. Вот – в одном месте варвары прорвали брешь, уничтожив сразу несколько лётов. Войдя в раж, они тут же дорого заплатили за это – далеко прорвавшись, сразу оказались отрезаны от основных сил.

Вот – в другом месте защитники Куба излишне увлеклись, работая цвангами, как заведенная хорошо отлаженная машина, и вырвались вперёд, оголив фланги. Пришлось отступать, теряя темп и лёты.

Техно оборонялись, медленно отступая. Они изначально были уверены в поддержке с Граней Куба, а теперь бывший идеальным план стал тупиковым.

«Ну, где же вы? Почему фаи бездействуют?» Но ответом Тиму был лишь оглушительный лязг сотен тысяч цванг и пластин.

Я не знал, сколько продлилась битва. Из-за дыма и необычайного скопления войск стало ощутимо темнее. Судя по ощущениям, прошла вечность, а по количеству войск с обеих сторон – не больше часа. Течение боя было скучным, неспешным. Прилив – отлив. Однако и здесь не обошлось без неожиданностей.

Медленно отступающую флотилию техно вдруг как-то разом повело вниз. Бегство?!

Нет, в разуме Тима была непоколебимая решимость биться, а значит это то, чего никто не ожидал.

Фаи, наконец, заработали, только не против варваров, а против защитников Куба.

Нескончаемый рой шершней в этот момент устроил настоящую бойню, ударив в спину медленно идущим к поверхности врагам.

Тим был жив лишь потому, что находился в глубине своего войска.