Доказательство существования

Ясно – кто работает, тот и виноват, потому что кто не делает ничего, тот и не ошибается.

Итак, шла торговля; затронули Володю, я колебался, Володя нужен мне для проведения кое-каких экспериментов. Я предложил ему идею, он уже неделю или две чертит в день по шайбе, но хоть что-то. Соблазнял его статьей, но соблазн, конечно, невелик; больше для него ничего не могу сделать. Вот и сидит, дремлет, чертит по шайбе в день. Если я буду напирать на Володю, он не будет делать и это; поэтому его отставили как-то самим собой, и нас осталось трое.

Договорились провести собрание группы и обсудить вопросы разделения. Он еще намекал на то, что Валю нужно запрячь посильнее, а я не хотел никаких тайных разделов. Впереди было еще два заказа – «Кристалл» и «Багет». Мой был «Багет». Но «Кристалл» оказался очень срочным и ответственным; как-то подошла Лыкова, говорила о срочности и выразительно смотрела на меня. Я взял «Кристалл» на себя.

–Зачем! – говорила Инна. – Ты должен был дождаться, когда тебя попросят.

–Понимаешь, она смотрела очень выразительно. Я должен проявить добрую волю на сей раз.

Лыкова подошла с «Кристаллом» на следующий день после нашего с ней вечернего разговора. Началось с того, что мне позвонили из аспирантуры, надо было заполнить журнал занятий с руководителем и дать подписать Лыковой. Заполнил; за первое полугодие, как было видно, ей заплатили 62 рубля 50 копеек, за второе причиталось столько же.

–Я удивлена тем, что ты так поступил, отказался помогать товарищу. У нас все помогают друг другу.

Я говорил, что подобное – превышение заказов на меня – было многократно. Но наши аргументы как бы не пересекались, она твердила:

–Так нехорошо.

А я:

–Батурин поступает некорректно.

Она:

–Я вплоть до того дойду, что откажусь быть твоим руководителем.

Я понимал, что это просто угрозы, в ответ на мое выступление.

–Получается игра в одни ворота, – твердила она, – ведь все это мы согласились делать ради тебя – разрабатывать методики и прочее. Нам это не нужно.

Я слегка удивился. Но потом понял, что это опять же ее представление дел в однобоком свете; я не стал слишком сильно возражать на это, она говорила, что они могли бы прожить и без моих работ, как-нибудь выкрутились, как раньше.