Откройте небо в себе

Её слёзы капали на белые больничные простыни и быстро растворялись на них, оставляя мокрые следы. – Ты пока не можешь ходить. Тебе сделали операцию. Повреждён позвоночник. Но я думаю, что это временно, мы что-нибудь придумаем.

Каждое её слово звучало для меня как жестокий приговор. Что тут придумаешь, мама? Я закрыл глаза, чтобы не видеть её жалость и слёзы. Я уже не слушал бессвязное бормотание и всхлипы мамы. Где же ты, моя безмятежность? Я жду тебя, как избавления. Я считал минуты, секунды. Моё ожидание было недолгим.

Чёрная бездна, наконец, поглотила мой разум.

Долгие три месяца я провёл в больнице. Всё лето псу под хвост. Дни казались мне одинаковыми. Бесконечные процедуры и упражнения. Я ежедневно массировал мышц ног, но чувствительность так и не вернулась. Мы с мамой не опускали рук, но врачи давали пессимистические прогнозы. Но мы верили, что я встану. Я когда-нибудь встану. В одну из минут отчаяния я поклялся, что непременно встану.

Однажды ночью мне снился отец. Мы были с ним на рыбалке. Папа поймал огромного карася, а я маленького леща, потом мы варили уху.

Её аромат разносился по всей поляне, где мы остановились. Как жаль, что этого не случилось. Мы так и не добрались до этого проклятого озера. Я боялся просыпаться, так хотелось, чтоб это было реальностью. Как же могло это произойти со мной?

Утром врач сообщил, что меня выписывают. Мама, бог знает, откуда, достала инвалидное кресло. Оно было обычным, даже без электропривода. Наверное, я буду с трудом передвигаться без посторонней помощи.

Я оттягивал тот момент, когда мне следовало сесть в инвалидную коляску. Для меня это означало конец всем надеждам и мечтам. Что могло быть ужаснее?

– Максим, давай садись в кресло, – ласково сказала мама. Она заметно похудела, кофта и брюки висели на ней, как балахон.

– Я не хочу, – моё сердце колотилось у самого горла. Никто на свете не мог понять, как страшно в юности стать инвалидом. Я смотрел на инвалидное кресло с таким ужасом, словно это электрический стул.

Санитар нетерпеливо вздохнул.

Видимо, ему хотелось поскорее уйти на обед.

– Максим, будь умницей!!! – мама умоляюще посмотрела на меня.

Я понимал, что пришло время покинуть больницу, вновь вернуться в реальный мир, поэтому согласился. Мне было жаль мать.

Ловкий санитар и мама подхватили меня за руки и быстро усадили в коляску. Я даже немного удивился, откуда у моей мамы, казалось бы, хрупкой женщины столько сил.

До дома нам предстояло добираться на социальном такси.