Зефир со вкусом плесени

– Нет, нет, Мелани, пожалуйста, не звони ему.

Я с некой надеждой замотала головой, желая, чтобы она снова посмотрела на меня.

– Мне нужна твоя помощь. Умоляю. Мне больше не к кому обратиться!

Но она меня будто не замечает. Краем глаза я видела, что тот доктор уже близко. Обнаружив меня издалека, он сбавил скорость и продолжил путь уверенной походкой.

Тогда я взяла медсестру за кисть руки, в которой она держала свой телефон, и потянула ее к себе.

– Умоляю. Ты ведь говорила, что я могу тебе довериться.

Мужчина остановился рядом с нами, поправляя свои очки в толстой оправе и поглядывая на ее руку в моей хватке.

– Девушка, вам нельзя здесь находиться, – прямо обратился он ко мне, положив кисти рук на бедра ладонями вниз. – Вы ведь не хотите, чтобы я позвал охрану?

– Все в порядке. Она пришла ко мне.

Когда Мелани произнесла эти слова, мило улыбнувшись ему и убрав свой сотовый на место, я бросила на нее добрый и благодарный взгляд. Стоило ему уйти, а нам зайти к Мелани в кабинет, я сразу же подарила ей самые теплые объятья, стараясь не слишком часто шмыгать носом у ее уха.

– Ну все, все, – утихомирила она меня, аккуратно снимая со своей шеи мои руки. – Рассказывая, что случилось.

Я объяснила ей всю ситуацию, больше делая акцент на своих переживаниях, чем на всем остальном. Меня искренне удивило то, что после моей, как может показаться на первый взгляд, бредовой фантазии, она согласилась мне помочь. Покопавшись в нужных бумагах, Мелани положила на стол, передо мной, тонкую папку со всей информацией обо мне, которую только смогла найти.

– Надеюсь, ты понимаешь, что мне запрещено это делать и если ты кому-то проболтаешься, то мне сильно попадет.

Она пыталась произнести это с недовольством в голосе, но у нее плохо получилось. Пока Мелани стояла у окна и наблюдала за летающими птицами, я перебирала один листок за другим, не веря своим глазам.

Мне вдруг стали противны строки, которые я успела перечитать несколько раз.

– Быть такого не может, – случайно озвучила я мысли вслух.

– Что там? – Мелани спросила без особого интереса, лишь для поддержания связи между нами.

Может быть, она этим вопросом хотела помочь мне до конца вникнуть в слова на бумаге и признать, что я не права? Мои ладони вспотели. Я ощутила полное опустошение и горечь во рту. Мне впервые стало стыдно за свои действия и мысли, за то, как я вела себя эти два последних дня.