Дом Нового Полудня

Обладатель дьявольской харизмы, незаурядного интеллекта и навыка моментальной адаптации к настроению публики, Рихтер добивался оправдания для самых разных нарушителей закона, от коррумпированных политиков, до «техасского расчленителя».

В своём кабинете, за рабочим столом сидел старик, напротив которого стояла камера. Хотя ему было далеко за семьдесят, выглядел адвокат значительно моложе, не только благодаря молодому лицу и хорошо сидящему костюму, но и благодаря ощутимой бодрости духа. Рихтер не бубнил, он выступал перед интервьюерами так же, как выступал в суде.

Первые полчаса шли типично, и походили бы на полицейский допрос, не будь Рихтер таким интересным рассказчиком. Родился в семьдесят пятом, окончил университет, с семьёй не общается, своим детям помог устроиться – отвечая на простые вопросы, клиент готовился к более сложным, и то, насколько решающий вопрос окажется актуальным и глубоким, зависело от мастерства интервьюера.

– Мистер Рихтер, бытует мнение, что вы заведомо знаете, что ваши подзащитные виновны.

Адвокат, который в этот момент делал глоток из чашки с кофе, даже не вздрогнул.

– Никак. Это правда. – Рихтер не стал ждать, пока ему зададут встречный вопрос, и начал объяснение. – Я из тех, кто торгует совестью, и преуспеть мне удалось только потому, что я сразу это признал.

Такая искренность смутила интервьюеров, но они не подали вида, а адвокат не захотел выдерживать паузу, очевидно, не испытывая с этим никаких трудностей.

– Большинство адвокатов честны с собой, такие есть даже среди богатых и известных. Есть такие, что оправдывают виновных, но оправдываются благими намерениями, законом, и бог весть чем ещё. А я честен с самим собой, но не горжусь этим. Правильно сказать, что за это я себя ненавижу.

Один из гостей спросил, раскручивая тему в более приятное русло:

– Скажите, сэр, вы работали с самыми известными преступниками, такими как «техасский расчленитель».

Рихтер щёлкнул пальцами и задорно перебил:

– Помню, забавная была история. Парень убил и расчленил своего друга, а присяжные признали это «самообороной». Меня даже пригласили на «Дейли шоу». Было весело, но я не горжусь победой. Но со временем, и с большим числом подобных… негодяев, я принимаю себя как негодяя, который ничем не лучше. И отношусь к этому смиренно.