Райский цветок. Проза

Для Джавада Амирханлы это означало, что на его мечте поселиться там был поставлен жирный крест.

«Нет, это дело так просто оставлять нельзя», – подумал он и вновь решил отправиться в районный центр.

В ту ночь он почти не спал до утра и ранним утром, накинув на плечи пиджак, отправился в путь.

По дороге, махнув рукой, он остановил первую же встречную машину, за рулем которой сидел молодой румяный водитель.

– Можете довезти меня до районного центра? – спросил он шофера.

– Конечно, я как раз туда направляюсь.

Со словами «О, Всевышний» он сел в машину, и всю дорогу, пока ехал, перед его глазами стоял живописный Бузлаг.

Голос шофера неожиданно оторвал его от радужных грез.

– Аксакал, мы доехали.

Приоткрыв дверцу кабины и высунув голову наружу, Джавад Амирханлы огляделся. Место это ему уже было знакомо. Перед ним предстало уже известное ему желтое здание.

– По-моему, вам нужно сюда, не так ли? – спросил водитель.

Запинаясь, Джавад Амирханлы нерешительно ответил вопросом на вопрос:

– А разве руководители района находятся в этом здании?

– Да, в этом желтом здании.

– Почему?

– Чтобы попасть сюда на прием, нужно записаться предварительно…

– Я это знаю…

– Во-вторых, говорят, что сегодня в местечке, называемом Бузлагом, проходит какое-то мероприятие.

– Что за мероприятие? – вскрикнул вдруг Джавад Амирханлы.

– Точно не знаю. Но я слышал, что и здесь будут проводить какое-то мероприятие… что-то, связанное с лошадьми…

– Какие лошади? Что за лошади?

Парень пожал плечами:

– Не знаю подробностей, но я слышал, что здесь будет проходить праздник, посвященный лошади.

Недоуменно покачав головой, Джавад Амирханлы расплатился с водителем.

«Что же они забыли в Бузлаге? – думал он. – Да, в тот день Хамза рассказал о своем желании создать там заповедник. Но все же вокруг знают, что он аферист. И только Аллах ведает, зачем он сует туда свой нос».

Тяжело ступая, Джавад Амирханлы вошел внутрь здания.

…Люди, дожидаясь своей очереди, сидели в приемной, прислонившись друг к другу, словно мешки с песком, и казалось, будто их крепко-накрепко привязали друг к другу прочной веревкой.

Старый знакомый Джавада, сгорбленный пожилой мужчина в очках и с тростью в руке стоял посередине очереди, и люди, стоящие рядом с ним, были вынуждены выслушивать его.

– Я стою здесь в очереди с начала прошлого века, – говорил старик.