Исповедь убийцы

Я в свое время узнала, что герра Ларсона звали Нильс и он был известным во всей Швеции пианистом. А известным он был тем, что это был единственный в мире пианист без мизинца. Ничего не знавшая про пианино, я воскликнула, что всю жизнь мечтала научиться на нем играть, и Нильс любезно предложил мне давать несколько уроков в неделю.

Когда мои родители узнали, что я буду брать уроки пианино у папы Йохана, они очень удивились, ведь я никогда не показывала никакой заинтересованности к музыке.

Именно наши уроки музыки стали исходной точкой того, что в нашем современном обществе назвали бы «преступлением»…

Я ходила к Нильсу заниматься уже 7 месяцев, два раза в неделю. Мы провели вместе 56 занятий по часу, 56 часов вместе и каждый час я все больше влюблялась в него. Мне исполнилось 14 лет и мой детский максимализм кричал у меня в голове, что это любовь всей моей жизни. Этот взрослый мужчина, старший меня почти на 30 лет, возбуждал моей голове такие фантазии и картины, которые обычно не свойственны 14летним девочкам.

Ровно через 7 месяцев наших занятий от герра Ларсона ушла жена, забрав с собой Йохана и переехав в другую квартиру.

Когда я пришла к нему, Нильс сидел понурый. Тогда я в первый раз заметила, что у него между бровями прорезается глубокая морщина. Я знала, что это из-за его жены, а также я знала, что именно сейчас в этот момент он слаб как никогда.

– Эльза… я думаю, сегодня не подходящий день для проведения урока – устало сказал он – давай ты придешь в следующий раз?

– Герр Ларсон, если вы не хотите играть, мы можем просто поговорить?

Он недоуменно посмотрел на меня и усмехнулся:

– Эльза, ей-богу, если бы я не знал, что тебе 14 лет, никогда бы не поверил! Иногда ты мне кажешься такой взрослой.

– Я и так взрослая, герр Ларсон. Возраст – это не показатель – я села рядом с ним и посмотрела ему в глаза и взяв его за руку – мой возраст не мешает мне любить вас!

– Эльза – вздохнул он – ты сама еще не понимаешь того, что говоришь.