Наковальня судьбы

– Поймаю, – крикнул им в след Дегтярев, – оторву, нахрен, уши, хвост, лапки. Вообще все.

Егор стоял, согнувшись, опираясь руками в колени. Тяжело дыша, он поднял голову, посмотрел на «супергероя» и узнал Дегтярева.

– Тебя здесь нет, – сказал Егор. – Ты глюк.

– Пиздец. Так и знал, что не надо ввязываться.

– Ну и вали.

– Нет уж. Раз я тебя нашел, отвезу в «Заводь».

Егор выпрямился, отчаянно пытаясь принять независимую позу.

– С чего вдруг? Я никуда с тобой не поеду.

– А что ты сделаешь?

– Не твое дело.

– Обдолбаешься смертельной дозой или повесишься? Ты хоть понимаешь, что вштыренный молодняк тебя чуть не забил нахрен?

– Сказал, не твое дело.

– В общем, не мое. Но раз уж так получилось… В общем, поехали.

– Пошел ты, глюк.

– Я не глюк.

Дегтярев сбил Егора с ног ударом в челюсть, подобрал с асфальта и потащил к машине.

Данко только что отнес на кухню поднос с грязной посудой, когда зазвонил телефон.

– Привез вашего мальчика, – сказал Дегтярев. – Распишитесь и получите.

Данко выскочил во двор. Дегтярев стоял, привалившись задом к крылу «ранглера». Руки засунуты в карманы куртки, вид мрачный. На всякий случай Данко осторожно обошел его и открыл дверь машины.

Вереск лежал на пассажирском сидении. Он был в отключке. Лицо разбито.

– Это ты его так? – спросил Данко.

– Пришлось пристрелить, как сказал герой «Золота Маккены», – ухмыльнулся Дегтярев.

Данко дернулся.

– Ладно, ну дал я ему по морде один раз… может быть.

– Помоги вытащить его из машины.

– Вот уж нет. Ты просил его найти, я нашел. Дальше сам. Хорошо, он мне салон не заблевал, а не то…

– Что у вас тут? – Ольга оценила обстановку и приняла командование: тут была ее палуба и она капитан. – Чего стоим? На что любуемся? Седьмой номер свободен, давай Артём, надо отнести его туда.

– А чего я-то? – в голосе Дегтярева вдруг прорвалась нелепая для его брутального стиля интонация подростка, бунтующего против власти родителей.

Ольга посмотрела на него укоризненно и властно.

– Я помогу, – засуетился Данко.

– Не надо.

Артём взял Егора за руку, выдернул из салона, поднырнул под него и поднял на спину. Данко отметил, как ловко он это проделал, и постарался зафиксировать в памяти рисунок движения.

Номерами в «Щучьей Заводи» служили отдельные деревянные домики, стоящие вплотную друг к другу. Данко открыл дверь. Артём втащил Егора внутрь и сбросил на кровать.

– Тяжелый ублюдок, а так вроде не скажешь.

Данко принюхался.