История триумфального падения и проба звезд

– Ну там около 700, 800, вроде, под 1000, короче, но мы точный учёт-то их не ведём, – голубые глаза рекламщика выражали искреннюю открытость и вовлечённость в процесс, а новый BMW, купленный Саней в этом месяце, предусмотрительно был перепаркован во внутренний двор, с глаз долой от начальства.

– Ну а почему некоторым не удалось продать хотя бы по восемь квартир? – голос директора прозвучал нарочито громко и взгляд устремился на отстающих.

– Филипп Андреевич, ну так не все такие опытные, как Кирилл, Женя и Витя, – вставила своё слово руководитель отдела продаж, больше всего на свете любившая первую половину рабочего дня трещать по телефону со своими многочисленными подругами, а вторую половину – пить чай на кухне.

– Вот именно поэтому я принял принципиальное решение по схеме продаж, которое вступает в силу с сегодняшнего дня! – Филипп Андреевич торжественно встал. – Мы переходим на общий план!

Gavrikov перестал жевать жвачку, Volkov округлил глаза, руководитель отдела довольно улыбнулась, а я подумал: «Ebanulis’».

Эпизод 3. В котором вчерашние воспоминания уже закончились, а похмелье – ещё нет

Вода в ванной начинала остывать.

Выдернул пробку, дотянулся до зубной щётки и стал наяривать резцы и коренные с такой силой, будто все свои ошибки и промахи этой щёткой вычистить можно, а если и не ошибки, то хоть запах алкоголя. Выплюнул пасту. О дно ванной стукнул знатный кусок прогнившего зуба.

«Разваливаешься что-то ты рановато, Kirill Vasil’evich!» – буркнул себе под нос.

Хотя как рановато? Через два месяца стукает 29: сигареты с седьмого класса и навсегда, алкоголь с девятого и по сей день, а запрещённые законодательством родного государства препараты плотно сопутствовали жизни все пять лет второй половины нулевых.

Вытерся, начал бриться. Но надо признать, что на физиономии это пока что не отражалось никоим образом. Лицо даже с boduna выглядело наивно доверчивым, лишь в отблеске карих похмельных глазёнок мельтешили огоньки с червоточинкой.

В остальном всё было гуд. Морщин почти нет, кожа по-юношески гладкая, лицо и пузо вширь расползтись ещё не успели, плечи прямые, руки-ноги на месте, рост метр семьдесят шесть, и когда трезвый, даже не продают алкоголь без паспорта, значит, всё гуд.

Vzdrochnul.

Прикинул, что имеем. Если увольняться, то увольняться сейчас, всё равно уже на работу не вышел. Если затяну, то пропаду в этой пучине среднестатистической конторской деятельности навсегда.