Пока ты танцуешь

И должен отметить, что вы скорее смахиваете на сутенера, нежели на заботливого отца!

Старик так резко остановился, что Микаэль налетел на него. Несколько мгновений незнакомец молчал. Невозможно было понять, обижен он или зол – лицо его было в тени. Наконец, он распахнул дверь и спокойно сказал:

– Вам туда. Я договорюсь с хозяйкой – у вас будет лучший столик. Что до вопроса – да. Вы изменитесь. Не буду сейчас реагировать на оскорбления, потому что знаю – вы не понимаете, о чем говорите. А в следующую нашу встречу я приму ваши извинения.

Горло душила зародившаяся невесть откуда злоба. Захотелось ударить этого человека. Сжав кулаки и пробормотав: «Что ж, увидим!», Микаэль быстро зашагал в указанном направлении. Навстречу летели музыка, голоса, хохот. Теперь уж он не уйдет, думал Микаэль, теперь он останется до конца. А потом плюнет безумцу в лицо. Последняя гардина отделяла его от зала. Он распахнул ее, готовясь к множеству недоуменных взглядов. Однако, кроме официантки, озабоченно поправляющей наушник, никто не обратил на него внимания.

– Вам нужен столик, – не спросила, а утвердительно сказала девушка.

Отводя взгляд от выставленных напоказ грудей, Микаэль зло кивнул:

– И мне пообещали лучший из всех, что есть!

Официантка улыбнулась:

– О, разумеется. Меня предупредили.

Она завиляла бедрами, лавируя меж диванов и стульев. Место действительно было хорошим – на возвышении, в полутени. Компания мужчин, направлявшаяся туда же, возмутилась. Однако официантка, а главным образом, широкоплечий тип, появившийся у нее за спиной, быстро их успокоили.

«А у них тут порядок! – подумал Микаэль, – Недаром говорят, что это кабаре считается лучшим в городе. Ну и занесло же тебя, приятель!» – мысленно усмехнулся он.

Микаэль первым делом заказал выпить. Старик выбил его из душевного равновесия. Ни к чему было устраивать браваду, злиться. В конце концов, это просто выживший из ума пожилой человек. Всего-то и требовалось – поговорить с ним, задать несколько вопросов. Однако, как презрительно звучали его слова: «Вы правильный человек»! Микаэль гордился своими принципами.

Кабаре заполнялось. Мужчины сидели за столами, свешивались с перил верхних этажей, топтались вдоль стен. Бедные и богатые, молодые и старые – словом, мужчины любой масти. Но чуткая, почти осязаемая грань была не между социальными классами.