Взаперти. Книга первая

И, что? Мне идти за ним? Или вернуться в детское отделение? Долго с выбором не мучаюсь забежав в дверь напротив, благо это туалет, но вот печально, что мужской. Надеюсь в такую рань никому не приспичит сходить по маленькому? Потоптавшись на месте начинаю нервничать. А если он до восьми утра предположим, в этой палате будет находиться? Так не пойдёт. Собрав всё своё мужество выхожу из туалета на цыпочках подбираясь к злополучной двери. Приложившись ухом к ней хочу услышать хоть, что-то, но кроме своего стука сердца ничего не слышу.

Надавливаю на дверь сдвинув её лишь на три сантиметра, этого оказалось вполне достаточно.

Опуская материю в глубокую миску, затем выжимая, Артём медленно вёл губкой по шее девушки. Глаза её закрыты. Аппарат искусственного обеспечения жизни тихо спокойно пикал, давая возможность работать её сердцу. Грудь еле заметно поднималась, или мне кажется и она совсем неподвижна. Постоянная подача препаратов через капельницу, для поддержания жизненной энергии, скорее всего вливают витамины или, что-то ещё, я не разбираюсь в этом.

От такой картины кровь стынет в венах. Протирая бледную кожу девушки, санитар так нежно и заботливо касался её, что казалось надави чуть сильнее и она осыпется как увядшая роза.

Значит здесь он проводит всё свободное время, со своей женой Таисией. Я увидела то, во что сложно было поверить. Да и сейчас глазам верю с трудом, почему человек так двуличен? Почему для кого-то он может быть милым и заботливым, а для других полным дерьмом? Собираясь уходить чётко решила доспать положенных два часа, хотя можно уже не ложиться, потому что после узи я уеду домой.

Ура! Опомнившись, тихо прикрываю дверь переходя на лёгкий галоп унося ноги.

За несколько минут оказываюсь в детском отделении влетев в свою палату.

– Привет.

– Твою мать!!!

– Привет Ами.

– Что вы тут делаете? – Возмутившись смотрю на Тимура и Алёну нагло сидящих на моей койке.

– Тебя ждём, – спрыгнула Алёна на пол.

– В моей палате?

– Ну здесь нет комнаты ожидания, – Пожал плечами Тимур.

– Какие остроумные детишки, – фыркаю.

– Мы не детишки, – недовольно пробурчала девятилетняя девочка.

– Чего надо говорите и проваливайте.

– Слышали санитар наш тебе тёмную устроить решил.

– Мне? С чего вдруг? – Думаю, когда им об этом стало известно, вряд ли этой ночью.

– Он узнал, что ты в столовку ходила.

– Имею право как и остальные.

– В общем-то да, но ты наказанна он сказал.