О, мой год! Дневник русской Бриджит Джонс

За спиной лозунг «Спорт – здоровье миллионов». Ее фото там тоже есть, сразу после моего. Поза лотоса, идеальный пресс, оранжевый купальник, в брызгах, искрящихся на солнце где-то на островах Индии – идеальная картинка для рекламы «Бон Аква».

Кот грозится сожрать хомяка, посягая со всех сторон на клетку. Детёныш истошно орет. Пойду спасать грызуна.

Гороскоп животных. «Особо опасны сиамские кошки по гороскопу скорпионы». Наш вариант. «Могут впиться в горло спящему хозяину. Он для них – либо друг, либо враг». Вот пусть и дальше спит в туалете.

Ездила на девятке отца. После учебной «Лады Калины» я почувствовала себя водителем кастрюли. Заставьте меня учить билеты. Моя норма – 11 ошибок из двадцати.

Хорошая новость – брат пришел и вынес сосну из квартиры.

Завтра у Верочки в садике праздник гномиков. Глажу красную жилетку.

Прости его, Господи. Он не ведает, что творит. Это о коте, который погрыз шнур от фена. И меня прости, ибо я тоже не ведаю, что творю, оставляя на полу свой драгоценный фен и уходя на работу, оставляя этот тет-а-тет до вечера.

1 февраля. Ср.

Не знаю, сила скольких томов позитивных аффирмаций сможет заставить меня не написать «Всё плохо». Депутаты истерят и изгаляются, особенно женского пола. Мы пошли с Верочкой лечить зубы. Мне ясно дали понять, что я – плохая мать. Ходить к стоматологу примерно до лета. Мама вовремя сбрызнула с иголки шприца свой материнский яд беспокойства: «Вы ходите на школу первоклассника по выходным? Ты узнавала? Ведь она, наверное, УЖЕ НАЧАЛАСЬ!».

В магазине продавец вдруг крикнула: «Что еще из молочного? Говорите сразу! А то гоняете нас к холодильнику!».

Когда мы, наконец, поднимались на пятый этаж, домой, зализывать раны, нанесенные общественной нетерпимостью за день, между четвертым и пятым этажами нас ждал сюрприз – на лестнице валялся пьяный бомж, причем так, что обойти его не представляло никакой возможности! Только перешагнуть. Но как можно перешагнуть через живого человека?! Я смогла аккуратно отодвинуть его к стене.

А после этого, умирая от страха, нам с пакетами и Верочкой удалось прошмыгнуть мимо. Но я так торопилась, что умудрилась наступить подошвой на подошву своих единственных приличных сапог, не упасть при этом, но оторвать полподошвы. Дома пригорела гороховая каша, которую я подогревала.

Но я просто обязана написать, что хорошего произошло за день.

«Как мы лихо делаем „змейку“!» – присвистнул инструктор на автодроме. Съела в обед божественный пирожок с печенью.