Что вам расскажет арестант

И на горе, собрав всех вместе,

Он повелел Своим ученикам:

«Теперь вот, что говорю Я вам

Сво? такое новое известье.

Не отлучайтесь из Иерусалима

И ждите вы там в вере до конца

Обещанного от Моего Отца,

Что ныне вам пока еще не зримо»

Ученики, ещ? не ведали мытарства,

Апостольского, что их жд?т, и потому они:

Спросили: «Господи, не в наши ль дни

Израилю Ты восстановляешь царство?»

И Он сказал: «Не ваше это дело

Знать в мире сроки, времена,

Что лишь Отцу известны все сполна,

Которые Он полагает смело»

И продолжал: «Вы силу примете такую,

Что скоро, огонь как бы золотой,

Сойд?т на всех вас Дух Святой,

О ч?м Я ныне пред Отцом взыскую.

И будете Мне все в Иерусалиме,

В Самарии, и в Риме, и вдали,

Свидетелями Мне, до концов земли» —

Так говорил Господь в Свой день последний с ними.

Сказав сие, Он в их глазах поднялся,

И начал восходить на небо, а в какой-то миг

Из неба облако взяло Его из вида их,

И гром небесный тут раздался.

Ученики с народом ввысь глядели,

Все, кто пришел на гору Елеон,

Где в небо только что поднялся Он,

Где тотчас ангелы запели.

    Июнь 2016 г.

«Безысходность»

Связь телефонная была дрянной,

И приходилось прятаться при этом,

Но даже так, я говорил с женой,

Не подчиняясь строгим здесь запретам.

И вот, поговорив с ней воровски,

И в мнимого так превращаясь вора,

Я вспоминал, сгорая от тоски,

Суть нашего с ней разговора.

Мы говорили, будто как во сне,

Удача, что получилось дозвониться,

Сказала… да, она сказала мне,

Что заболела и была в больнице.

И вот она переживает сгоряча,

Так словно она в ч?м-то виновата,

Что там потратила все деньги на врача,

И что не скоро у не? зарплата.

Я знаю, как там трудно очень ей,

И то, что денег у не? есть крайне мало,

И то, что она правды всей

О бедствии сво?м мне не сказала.

И вот уже и думы не выходят из ума,

Я очень е? бедную жалею,

Как горько там она жив?т сама,

А я же не могу быть рядом с нею.

И я молился: «Господи, ей помоги!

Спаси!» Но совесть рьяно гложет:

Она ведь увеличивать долги

Давно уж более не может.

И я, не зная, как мне дальше быть,

Полночи горько-горько плачу:

Как бедная она весь месяц будет жить,

В тюрьму мне, собирая передачу.

Она все выходные простоит

В очередях тюремных, где немая

Толпа людей, без выражения обид,

Будет стоять, страданья принимая.