Мистер Игрек Рок

И тут же сам себе ответил: – Ну, конечно!

Быстро вылез из-за стола, подошёл и протянул руку.

– Я Хирон Мебис, местный художник. Простите, что вот так.., почти навязываюсь, но вы мне ужасно интересны! Не обижаетесь?

Мистер Рок пожал протянутую руку.

– Я вас заочно уже знаю. И никакой обиды не чувствую, только приятность от знакомства и участия.

Рука была плотной, совсем не призрачной, а наоборот, очень крепкой. Средний палец и прилегающая к нему сторона указательного сначала показались грязными, но это была всего лишь краска, то ли не до конца отмытая, то ли уже безнадёжно въевшаяся в кожу.

– Я ждал вас сегодня днём, мистер Рок. Это было, конечно, глупо, но, мало ли, вдруг… Рад, что сейчас удалось, потому что завтра, увы, возвращаюсь к себе на квартиру. Не будете возражать, если составлю вам компанию за ужином? Нарочно не стал есть один…

Разговаривая, он выдвинул второй стул у столика, за которым сидел, и сделал приглашающий жест.

Мистер Рок сдержанно поблагодарил. Даже если бы он был против компании, отказываться теперь было неудобно. Но он не был против.

– Вы уже закончили свою картину? – спросил, усаживаясь.

– Да… да, почти, – закивал Мебис, огибая стол и занимая место напротив. – Я сделал несколько эскизов в разное время суток, теперь буду сочинять что-то своё на этой основе. Сам по себе пейзаж, конечно же, красив, но он должен быть наполнен смыслом, какой-то историей, действием… Приходите, как-нибудь, ко мне, покажу вам старые работы… Не те, конечно, которые когда-то.

Он прищурился, окидывая взглядом оценщика всю фигуру мистера Рока и явно желая свой корыстный интерес пояснить, но тут в дверях кухни появилась Ленеоппа с большим подносом в руках.

– Добрый вечер, мистер Рок, – сказала она приветливо, когда подошла и начала переставлять тарелки с подноса на стол. – Вижу у вас всё хорошо. Этот новый чёрный костюм вам очень к лицу.

– Да, да! – подхватил Мебис. – Я только собирался сказать… Мистер Рок выглядит так загадочно… Будь я портретистом…

Он не договорил, с интересом заглядывая в тарелки, от которых дурманом расходился аппетитный запах только что приготовленной еды.