Не пробуй вешаться

Снова станет пасмурно и сыро,

Вновь туман однажды зачарует,

Муза возвратится, дрогнет лира,

Вновь любовь, как прежде, запирует.

Дует, ветер дует.

Дождь – прелесть мира…

***

Настало время – мы с тобой повстречались.

Было пасмурно, шёл дождь.

Осень, Осень, сколько скучали

Мы с тобой совсем врозь.

И мы смеёмся с тобой от счастья.

Твой смех – деревьев листопад.

И золота листва прекрасней,

Усыпавшая старый парк.

Настало время – мы с тобой повстречались.

Ты и я, был пасмурный день.

***

Зачем, задумавшись, стоишь ты под дождём?

Жара прошла, и птицы улетают,

И листопад окутал старый дом,

И я уныло этим восхищаюсь.

Зачем, задумавшись, стоишь ты под дождём,

Вдыхая вновь осеннюю прохладу,

Жара прошла, иссяк твой толстый том,

Что скажешь умирающему саду?

Зачем, задумавшись, стоишь ты под дождём?

Рыдая, ты его не замечаешь,

В том старом парке дождь явился сном,

Ты сладко спишь иль сладко засыпаешь?

Зачем, задумавшись, стоишь ты под дождём?

Оркестр отыграл свой старомодный вальс,

Зачем в тебя я так давно влюблён

И меж теплом и радостью – печаль?

***

Осень босая пришла

В хламе из серых одежд.

По ветру длинный твой шарф,

По ветру куча надежд.

Листья, как солнце, горят

Белых девчонок-берёз.

Нынче глаза болят,

Нынче не выдавишь слёз.

Падают, падают листья,

Шьют дерева земле шаль.

Нынче бы мне веселиться,

А на душе – лишь печаль.

Тише ты, ветер, не дуй,

Не погоняй ты листву,

Был лишь один поцелуй,

Он был хоть честен, но сух.

Осень, ты грустная фея,

Сон ты посеяла здесь.

Не ругая меня, не жалея,

Всё поёшь колыбельную песнь.

Октябрь 1990 года

***

Я сорвал цветущую сирень,

Я её одел в хрусталь.

На неё, как в зеркало, смотрел весь день,

Я смотрел и видел даль.

Я сирень одел в хрусталь,

А закат венчал тот майский день

С утром, Вялая Сирень,

С утром, где моя печаль.

От тебя струится вялый свет,

Написать картину вялая попытка,

Вялых красок сонный цвет,

Красит губы вялая улыбка.

***

Я покой, а ты – тишина,

И наш воздух любви недвижим,

В нём полёт невесомого сна,

В нём виденье цветущих картин.

Ты трава, а я – зверь,

И я лёг и уснул,

И во мне разлилась твоя кровь.

Ты свобода, я раб,

Я в тебя убежал

И в пучинах твоих утонул.