ВДВ. Штаб дивизии. Санитарно-эпидемиологическая служба

– Не будете возражать, если я присоединюсь?

– Да, нет, присоединяйтесь, – подсуетился дивизионный хохмач Смирнов, пододвигая стул Гвинянину.

Раскинули карты по новой.

– Мы тут, это, если вы не против? – Смирнов предложил налить, кивнув на чайник. – Да нет, я за, -тут же согласился майор-стукач.

– Только вы уж извините, в чайнике было немножко растительного масла, плохо отмыли, поэтому вино с запахом. Но мы пьем, и вроде ничего…

– Да, ну, да ладно, подумаешь масло, ничего страшного, – согласился новый игрок.

Остальные достали свои полные стаканы из – под стола и почокавшись с майором, пригубили. Он выпил до дна. Через пару минут ему снова налили по полному. Через полчаса он свой почти полный чайник выпил. А еще через минут десять, ссылаясь на занятость, откланялся. Вся компания, следит за ним, глядя в окно.

Вот он торопливой походкой добежал до средины плаца. Потом вдруг притормозил. Стал, задумался, напряг ноги в ягодицах. Потом резко засеменил влево, в сторону перехода через трубы отопления, по направлению к общему, наружному туалету.

Народ прервал игру, и затаив дыхание стал ждать появления сексота. Вот он, идет, вихляя толстой задницей. Поднялся на мостик, задумался, постоял, резко развернулся и побежал обратно. Так в этот вечер он и не смог осуществить задуманное предательство. Компания, довольно потирая руки, бесконечно ржала, смакуя подробности наказания доморощенного попа Гапона.

Рыбалка.

В моем взводе подобралась группа заядлых рыбаков – браконьеров. А на полигоне был свой водоем, который назывался вододромом, потому что на нем периодически устраивали занятия с преодолением водной преграды на боевых машинах десанта. А в нем, как и в любом приличном водоеме, соответственно, водилась и рыбка.

Прогуливаясь вечерком по «набережной» вижу, что три партизана вытаскивают сеть. На их попытку прятаться, упреждаю, что я их уже «сфотографировал», и можно расслабиться.

Несколько ночных рыбалок, и офицерский стол тоже стал разнообразнее, но доблестный «хозяин» полигонных угодий, зам комдива полковник Марьин, проезжая утром вдоль берега, высмотрел цепочку поплавков.